# data[].attributes.attachment_link.title
Чарльз Диккенс. Приключения Оливера Твиста

# data[].attributes.attachment_link.description
Charles Dickens "The Adventures of Oliver Twist", 1837-1839 Десятое, пересмотренное издание перевода А. В. Кривцовой OCR: Кудрявцев Г.Г. --------------------------------------------------------------- В свое время сочли грубым и непристойным, что я выбрал некоторых героев этого повествования из среды самых преступных и деградировавших представителей лондонского населения.

# data[].attributes.headline
Чарльз Диккенс родил

# data[].attributes.body
Чарльз Диккенс родился 7 февраля 1812 года в Лэндпорте, Портсмут. Он был вторым ребенком Джона и Элизабет Диккенс. Помимо Чарльза, у его родителей было еще 7 детей. Они переехали в Лондон в 1814 году и через два года в Чатем — Кент, где Чарльз провел ранние годы своего детства. Из-за финансовых трудностей, позже, в 1822 году, они вернулись в Лондон, где обосновались в Камден-Таун, бедном районе Лондона.

К 1823 году все стало настолько плохо, что Чарльзу пришлось перестать ходить в школу, так как его родители не могли платить за его обучение.

Следующий год был кошмаром для всей семьи Диккенса. 9 февраля, спустя два дня после его двенадцатого дня рождения, Чарльза отправили на работу в Уорренский завод. В том же месяце Джон Диккенс был приговорен к заключению в тюрьме Маршалси за невыплату долга.

Не обязательно быть экспертом  или психологом, чтобы понять, насколько сильно это событие сказалось на мировоззрении и дальнейшем творчестве писателя.

Всего через два четырнадцатилетний Диккенс ушел из школы в последний раз. Он устроился юристом в Лондоне. В 1828 году, когда ему было 16 лет, Чарльз впервые выступил перед публикой в качестве профессионального писателя, работая внештатным репортером.

Именно в этот период Диккенс влюбляется  в первый раз, в  Марию Биднел. Ее зажиточные родители не были в восторге от отношений, и они отправили ее учиться в Париж. В 1833 году отношения между ними закончились. Мария Биднел «появилась» лишь спустя  двадцать лет в качестве прототипа Флоры Финчинг в произведении Диккенса  «Крошке Доррит».

В 1836 году он написал свою первую книгу, которая носила название «Очерки Боза». Она обрела широкую популярность среди читателей. После этого и началась писательская карьера Чарльза Диккенса. Также, в том же году, он женился на Кэтрин Хогарт. Пара имела 10 детей, однако их брак был несчастным.

В 1837 году Диккенс опубликовал произведение «Приключения Оливера Твиста», роман о сироте и суровом мире, в который он попадает.

В течение следующих двадцати лет Чарльз Диккенс написал множество рассказов и романов, среди которых следует отметить следующие: «Николас Никльби» (1839), Дэвид Копперфилд (1850), являющийся его самым известным произведением,  «Холодный дом» (1853),  «Крошка Доррит» (1857) и другие.

Отношения в семье, в романах Диккенса,  редко были теплыми и крепкими. Одни семьи были пренебрежительными, отказывались от своих детей и отдавали их в детские дома и рабочие места, как в произведении «Приключения Оливера Твиста»; бранные, как в «Дэвиде Копперфилде»; Злобными и изменчивыми, как женщины в романе «Холодный дом»; или просто хронически неспособные добиться чего — либо, как отец крошки Доррит.

Частые нелестные изображения семейной жизни в его романах, казалось, отражали разочарования Диккенса своими собственными отношениями. Ведь, как говорил сам Чарльз, после того, как он стал популярным и богатым, его семья хотела постоянно воспользоваться им, ради своей выгоды. Его брак тоже особо не был счастливым. Однако он пошутил в конце своей жизни, сказав, что его жена должна получить награду «за то, что она воспитывала самую большую семью, с наименьшей склонностью делать что-либо для себя».

В 1857 году Диккенс встретил актрису Эллен «Нелли» Тернан, которая работала над постановкой одной из его пьес. Актрисе было восемнадцать; Диккенсу было 45. Несмотря на этот возрастной разрыв, они начали романтические отношения, которые продолжались до конца жизни Чарльза.

Он умер в своем лондонском доме 9 июня 1870 года, в возрасте 58 лет, и был похоронен в углу Поэтов в Вестминстерском аббатстве.

# data[].attributes.headline
Перехвальская Е.: Чарльз Диккенс. В Лондон с Оливером Твистом.

# data[].attributes.subject
Перехвальская Е.: Чарльз Диккенс. В Лондон с Оливером Твистом.

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Чарльз Диккенс. В Лондон с Оливером Твистом

Опубликовано в журнале "Костер" за июнь 1987 года
http://www.kostyor.ru/biography/?n=105

Мальчик выходит из ворот небольшой фабрики, где делают ваксу, и бежит по бесконечным улицам огромного города. В этом городе - широкие площади и богатые дворцы, музеи и библиотеки, но сейчас его путь лежит не здесь: он идет по кривым узким улочкам, где в обветшалых домах ютится беднота. Это не просто бедные кварталы, это трущобы.

Именно в этой части Лондона прошли юные годы будущего писателя Чарльза Диккенса. Впоследствии на страницах его книг возникнут полуразрушенные строения, изжелта-бледные лица детей, играющих в грязи, темные личности, снующие по шатким лестницам и темным переходам, смрадный воздух...

Но книги появятся потом, а пока юный Чарльз по десять часов в день приклеивает этикетки на баночки с ваксой. Утомительное, тупое занятие. Но куда спешит он сейчас? В долговую тюрьму Маршалси! Там за неуплату долгов сидит сейчас его отец, там же и мать, младшие братья и сестры.

Неизвестно, как бы сложилась судьба Чарльза Диккенса, но отец получил вдруг небольшое наследство, сумел выплатить долги и выйти на свободу. Чарльз стал умолять родителей послать его в школу - очень хотелось учиться - и родители в конце концов согласились, хотя те несколько шиллингов, которые он зарабатывал на фабрике, были совсем не лишними в хозяйстве.

Продолжить учение после школы Чарльзу не удалось - о том, чтобы поступить в университет, не могло быть и речи, надо было зарабатывать на хлеб, искать ремесло. Чарльз решил изучать стенографию и вскоре овладел ею в совершенстве. Теперь он мог стать репортером и сотрудничать в газетах. Так Диккенс окунулся в самую гущу политических событий. Одновременно он начал писать рассказы и выпустил книгу: веселые и занимательные "Записки Пиквикского клуба". Ярко и радостно светило солнце на ее страницах, освещая приключения добрых чудаков - мистера Пиквика и его друзей.

Но разве забыл ныне преуспевающий репортер Чарльз Диккенс о своем нищем безрадостном детстве, о долговой тюрьме, о мальчишках, товарищах по фабрике, об обитателях лондонских трущоб? Нет, не забыл. И доказательство тому - его следующая книга, озаглавленная: "Оливер Твист".

Толчком к написанию этого романа послужило еще вот какое событие. В 1834 году в Англии был принят специальный закон о бедных. С этого дня просить подаяния, не иметь крыши над головой, просто быть нищим власти запретили - за это сажали в тюрьму. Раньше о бедных заботился церковный приход, это обычно сводилось к тому, что бедняков подкармливали. Теперь же по новому закону безработных и обнищавших людей направляли в работные дома, там они были обязаны жить и за скудное питание выполнять любую работу, даже самую тяжелую и черную. Были предусмотрены пункты, по которым детей разлучали с родителями, а жен с мужьями. Это были самые настоящие тюрьмы, только людей сажали сюда не за провинности и не за преступления, а за то, что они - бедняки.

В этом-то "раю из кирпича и извести" и родился герой романа Диккенса - Оливер Твист, здесь же он провел первые девять лет своей жизни. Может быть, Оливер так и остался бы в этом "раю" навсегда, если бы в один прекрасный день он не протянул повару свою пустую миску со словами: "Простите, сэр, я хочу добавки". За такую неслыханную дерзость маленького "бунтовщика" бросили в темную комнату, "где на грубой жесткой кровати он рыдал, пока не заснул, какая превосходная иллюстрация к милостивым законам Англии! Они разрешают беднякам спать!" - саркастически пишет Диккенс.

Девятилетний Оливер на своей шкуре испытал, что значит на практике этот новый закон о бедных. Вот, не стерпев издевательств "в учении" у гробовщика, мальчик убегает в Лондон; путь неблизкий, 70 миль. По дороге попадаются деревни, постоялые дворы, но маленький оборванец боится попросить даже корку хлеба -- он отлично знает, что за попрошайничество он может угодить в тюрьму.

На счастье, или на несчастье Оливера, ему попадается по дороге другой мальчишка, еще более оборванный, чем он сам. Это Доджер по прозвищу Ловкий Плут, воришка-карманник, он единственный из всего большого мира приходит на помощь голодному, умирающему от усталости беглецу. Он обещает Оливеру ужин и кров и отводит его в воровскую школу.

Диккенс давно хотел написать правду о лондонских трущобах и о их обитателях. В то время о преступном мире писали много, но книги эти были вот какие: "Я читал сотни повестей о ворах - очаровательных малых, безукоризненно одетых, с туго набитым карманом... достойных товарищей, самых храбрых, но я нигде не встречал настоящей страшной действительности. Герои подобных книг, лихие молодцы, были вполне счастливы - это очень устраивало некоторых читателей: они могли спать спокойно, там - в бедных кварталах - все идет отлично, и вообще мир устроен благополучно и справедливо".

Итак Оливер встречает мальчишек из школы воров, старого скрягу Феджина, содержателя воровского притона, воровку Нэнси, грабителя и убийцу Билла Сайкса. Это далеко не веселые "джентльмены удачи", а люди, у которых лишь один выход - либо умирать, либо красть.

В жутком мире живут эти люди. Даже погода, и та против них, похоже, что в трущобах всегда ненастье: "Грязь толстым слоем лежала на мостовой, и черная мгла нависла над улицами, моросил дождь, все было холодным и липким на ощупь". Неужели солнце светит только в богатых кварталах? Но, наверно, именно так кажется тем, у кого нет ни теплой одежды, ни огонька в камине.

Они преступники, воры, грабители, по ним плачет виселица, но именно они приютили бездомного Оливера. Да, эти люди во многом ужасны и отвратительны, но Диккенс не хочет, просто не может писать одной лишь только черной краской. Он прекрасно понимает, и стремится, чтобы это понял и читатель: его герои искажены бедностью, нищетой, страхом, но все они - люди. Он показывает нам не только бесчисленные прорехи на пиджаке Ловкого Плута, не только грязные чулки и бумажные папильотки во всклокоченных волосах Нэнси, он старается показать их душу.

И вот содержатель школы воров Феджин оказывается на деле гораздо сердобольнее, чем, например, добропорядочные надзиратели в работном доме. Даже Билл Сайкс, хладнокровный убийца и грабитель, и тот не совсем уж схематичный "злодей". Вспомним, как он несет раненого Оливера, а потом, будучи вынужденным оставить его, укрывает мальчика потеплее. И вот в этом главная обличительная сила Диккенса: он показывает, что при других условиях эти люди были бы не хуже многих честных горожан - такими их сделала жизнь.

Есть в романе персонаж. Он коренным образом отличается от всех окружающих его людей тем, что совершенно не поддается воздействию окружающей среды: его нельзя приучить воровать, он даже не может спокойно смотреть, как "работает" его приятель Ловкий Плут. Это главный герой книги, сирота и беглец Оливер Твист. Он похож на мальчика из сказки - как солнечный зайчик, он освещает самые темные души, пробуждая в них крупицы добра, если они еще сохранились. И Феджин, и Нэнси, и Билл Сайкс чувствуют, что этот мальчик совсем не похож на других. Роз Мейли и мистер Браунлоу спасают Оливера от полиции, не веря, что он может быть вором, хотя думать так у них есть все основания. Только души надзирателей в работном доме остаются глухи - видимо, этих людей не пробьешь уже ничем.

Жизненный путь Оливера - цепь мучений, но благодаря своему "сказочному" характеру он избегает участи Ловкого Плута, он на крыльях летит над жестокой действительностью, сохраняя свою совесть незапятнанной. Как мaгнитнaя стрелка, он неизменно тянется к полюсу добра, дружбы, участия. Оливер для Диккенса - олицетворение светлого начала в человеке.

"Диккенс остался для меня писателем, перед которым я почтительно преклоняюсь - этот человек изумительно постиг труднейшее искусство любви к людям", - так писал о Чарльзе Диккенсе Алексей Максимович Горький.

Ушли в прошлое лондонские трущобы, нет теперь работных домов, давно закрыта долговая тюрьма Маршалси (чему, кстати, очень во многом способствовали книги Диккенса) - зло нынче приняло иные формы, но мы все с тем же напряжением читаем Диккенса, смеемся, грустим, но всегда верим - лучшее в человеке непременно пробьет себе дорогу.

Е. Перехвальская

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
перехвальская

# data[].attributes.attachment_link.title
Перехвальская Е.: Чарльз Диккенс. В Лондон с Оливером Твистом

# data[].attributes.attachment_link.description
Чарльз Диккенс. В Лондон с Оливером Твистом Опубликовано в журнале "Костер" за июнь 1987 года http://www.kostyor.ru/biography/?n=105 Мальчик выходит из ворот небольшой фабрики, где делают ваксу, и бежит по бесконечным улицам огромного города. В этом городе - широкие площади и богатые дворцы, музеи и библиотеки, но сейчас его путь лежит не здесь: он идет по кривым узким улочкам, где в обветшалых домах ютится беднота.

# data[].attributes.headline
Уилсон Э. Мир Чарльза Диккенса.«Оливер Твист»

# data[].attributes.subject
Уилсон Э. Мир Чарльза Диккенса.«Оливер Твист»

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Жизнь в постоянном напряжении, да к тому же удар, каким была для Диккенса смерть Мэри Хогарт, естественно, сказались на "Оливере Твисте" и "Никльби". В каком-то смысле мешая автору быстрее совершенствоваться как романисту, все это делает первую книгу поистине замечательным произведением, но портит вторую.

"Оливер Твист", безусловно, одно из величайших и популярнейших произведений искусства всех времен - недаром за него ухватились режиссеры театра, кино и телевидения, недаром он стал жертвой сочинителей поп-музыки. Диккенс еще не обладает подлинным мастерством и поэтому без большого успеха пытается строить сюжет этих обоих романов на совпадениях и надуманных тайнах. Первая часть "Оливера" ближе к журналистике Диккенса, но уверенный, ясный и сдержанный (даже в самых чувствительных местах) язык этой журналистики гениален. Рассказ об Оливере, незаконнорожденном сироте, который воспитывается на ферме, потом попадает в работный дом и, наконец, вступает в большой мир учеником гробовщика, - это рассказ о том, с какой жестокостью викторианская система подавляет безыменные, почти безликие низы общества; о том, как груба и безжалостна эта система даже в тех случаях, когда она осуществляется в рамках закона, и как она (поскольку людям свойственно ошибаться) бесчеловечна на практике. Современный читатель вряд ли заметит то обстоятельство, что Диккенс обрушивается в этой книге на людей серьезных, разумных, образованных, но не сумевших осуществить свои добрые намерения, ибо общественная задача, с которой они столкнулись, оказалась непомерно трудна. От нашего внимания может ускользнуть и то, что, хотя Диккенс был несправедлив к этим людям, он куда лучше их видел истину и в отличие от составителей законов не был ослеплен статистическими данными. Однако нельзя не заметить, что перед нами острейшая социальная сатира, автор которой занят не отдельными личностями, а человеком вообще, "толпой", обществом в целом. Мне кажется, правда, достигнуто это ценой отказа от разработанного диалога и детальной характеристики персонажей, что всегда составляло сильную сторону Диккенса; их место заступает манера нарочито ироническая, что бросается в глаза во всех его романах вплоть до "Домби и сына".

И все же я не могу отдать безусловного предпочтения первой части романа, потому что меня покоряет вторая его часть - странный мир зла, где разыгрывается нелепая мелодрама о маленьком Оливере, попавшем к ворам. В этой части куда больше бьющих в глаза недостатков: в ней появляется целая армия добрых, благородных, но бесцветных и до приторности чувствительных, хотя иногда и комически чудаковатых, персонажей, которые становятся друзьями малыша и в конце концов каким-то чудом оказываются его родственниками. Затянувшаяся болезнь Роз Мэйли тоже никак не относится к делу - это просто отзвук удара, нанесенного автору смертью Мэри Хогарт. И даже в блистательной, лихой, немытой компании мелких воришек и свирепых грабителей главная героиня, проститутка Нэнси, на мой взгляд, остается лишь бледной тенью. Фейгин, Сайкс, Чарли Бейтс, Ноэ Клейпол и прежде всего Ловкий Плут (этот своего рода Сэм Уэллер, переселившийся сюда из "немеблированных комнат" под сводами моста и обративший свои таланты неунывающего кокни не на пользу добропорядочных Пиквиков, а против них) - все они великолепны каждый сам по себе, но они великолепны и все вместе, как шайка - первая и, может быть, лучшая из тысячи шаек, изображенных потом в литературе; ибо хотя всем им присущи неунывающая веселость и какая-то бодрость отчаяния, мы неизменно чувствуем, что все они, взрослые и мальчишки, зверски грубы, вероломны и каждый живет по закону, прямо противоположному Нагорной проповеди: заботится лишь о себе. Но не только эти яркие образы и даже не шайка в целом определяют необычайно сильное впечатление от второй части романа. Секрет в том, что эти индивидуальности мастерски приведены в соответствие с той обстановкой, в которой они действуют: шайка все время в движении - то ползком, то бегом, с писком и визгом она кочует по Лондону, перебирается из одного заброшенного, кишащего крысами дома в другой, подобная такой же крысиной стае.

Равнодушная людская толпа, в сущности, попросту не замечает мира преступников и паразитов, пока не раздается крик: убийство! Вот тогда начинается яростная охота на крыс, все жаждут крови, готовы линчевать Сайкса и Фейгина; почтенные труженики, равнодушные обыватели обращаются в свирепую, мстительную толпу. Картина эта в романе стилизована, краски действительности наложены здесь на мифическую основу, но есть во всем этом какая-то сюрреалистическая кошмарная достоверность.

Две части романа неотделимы одна от другой - их объединяет не сюжет, но образ сироты Оливера, который очутился среди воров, но говорит и ведет себя с неизменным благородством. Оливер - пустое место. Но иначе и не может быть. Всю свою жизнь Диккенс доказывал, что преступление есть плод ужасающей Нищеты и Невежества викторианского общества. И он упорно стремился пробудить в людях чувство сострадания, чтобы меньше стало нищеты и невежества; но, за редким исключением, он не старался вызвать в читателе сострадание к преступникам, как таковым, то есть к тем самым людям, которые, по его собственным словам, являются порождением этих двух зол. Он заботился о справедливости и верил (вспомним его предисловие к "Оливеру Твисту"), что "на свете все же есть черствые, бессердечные натуры, которые окончательно и безнадежно испорчены". И еще, как мы знаем по его мрачному рассказу о малолетних преступниках в Ньюгете ("Очерки Боза"), Диккенс понимал, с каких ранних лет развращается душа, наделенная преступными наклонностями.

Между деградацией, ведущей к преступлению и врожденной порочностью большинства преступников лежит непреодолимая пропасть. Вот почему даже лучше, что предназначенный послужить мостиком через эту пропасть образ Оливера оказался бесплотным - просто символом человеческой души под воздействием внешних сил. В первой части автор пробуждает в нас ненависть к безжалостной системе, обращающей нищету и невежество себе на пользу; во второй пробуждает страх перед шайкой преступников, которые сражаются с этой системой доступным им оружием - оружием зла, насилия и жестокости.

Но хотел ли того Диккенс или нет, а благородные и добрые люди из второй части - друзья Оливера - принадлежат к тому самому безликому обществу, которое обращает себе на пользу нищету и невежество бедняков из первой части. Может быть, потому-то они так бесцветны и пусты, все эти прелестные Роз Мэйли и добродушные старые весельчаки Браунлоу. Добрый старый мистер Браунлоу, выручающий Оливера, - всего лишь еще одна маска джентльмена в белом жилете из опекунского совета в первой части, не сумевшего понять, что Оливер тоже человек. А потому - и это неизбежно, - хотя Диккенс всем своим талантом оратора и рассказчика заставляет нас после того, как раскрылось убийство, присоединиться к погоне за Сайксом и Фейгином, мы на протяжении почти всей второй половины романа душой на стороне шайки, сколь ни отталкивает нас жестокость, вероломство и безнравственность этих людей. Ибо только они здесь живые, только они, подобно автору, умеют смеяться, пусть даже дьявольским смехом. И мы поневоле начинаем подозревать, что, как ни боится их Диккенс, как ни сурово их осуждает, втайне он заодно со злодеями второй части (Фейгином, Плутом и компанией) в их войне со злодеями первой части (господами, которые управляют обществом в целях собственного благополучия).

В сущности, книга потому и распадается на две части, что невозможно рассматривать преступление одновременно как продукт общества и как нечто для него смертоносное. Без сомнения, именно поэтому, не говоря уже о ярких характерах и убедительной атмосфере действия, "Оливер Твист" - прекрасный "поп-роман": ибо у широкой публики (иначе говоря, у нас с вами) есть потребность сочувствовать угнетенным, но нет времени разбираться подробно в том, к чему приводит угнетение. Читатели хотят жалеть Оливера, значит, ему нельзя быть реальным существом, ведь реальный Оливер обратился бы в развращенного и огрубевшего Фейгина, который должен быть нам отвратителен. И еще, когда приходит час травить и преследовать шайку, читатель хочет участвовать в травле; однако в глубине души он не прочь приобщиться к подвигам шайки и разделить ее славу (пусть мерзкую славу - в наше время, пожалуй, чем мерзостней, тем лучше) и ее кратковременное необузданное веселье.

# data[].attributes.attachment_link.title
Уилсон Э. Мир Чарльза Диккенса. "Оливер Твист"

# data[].attributes.attachment_link.description
Жизнь в постоянном напряжении, да к тому же удар, каким была для Диккенса смерть Мэри Хогарт, естественно, сказались на "Оливере Твисте" и "Никльби". В каком-то смысле мешая автору быстрее совершенствоваться как романисту, все это делает первую книгу поистине замечательным произведением, но портит вторую.

# data[].attributes.headline
Впервые романа Дикке

# data[].attributes.body
Впервые романа Диккенса был опубликован под заголовком "Оливер Твист, или Путь приходского мальчика" в журнале "Смесь Бентли" с февраля 1837 г. (работу над ним писатель начал в 1836 г.) по март 1839 года. Еще до завершения издания этой публикации (в октябре 1838 г.), по взаимному согласию с учредителем журнала Ричардом Бентли, писатель издал роман отдельной книжкой под всем уже известным названием, в котором содержались иллюстрации известного английского художника и публициста Джорджа Крукшенка. А в 1841 г. в свет вышло уже третье издание романа с предисловиями автора.

Незадолго до создания романа "Приключения Оливера Твиста" в Великобритании был принят билль (закон) о важной парламентской реформе, который ознаменовал переход власти в стране к промышленной буржуазии. Итак, то, что радикальная Франция делала преимущественно путем революций, рассудительная Англия реализовывала в основном эволюционным путем.

Прагматичная английская буржуазия решила сэкономить на самых бедных. Если ранее более чем скромные ассигнования на помощи нищим правительство выделяло на приходах, то в 1834 г. буржуазное большинство в английском парламенте приняла так называемый "закон о бедных". Согласно с этим документом, были открыты работные дома. С тех пор, по горько ироничному замечанию Диккенса, "всем нищим было предоставлено на выбор две возможности (ибо, понятное дело, никто никого насиловать не хотел!): или медленно умирать с голоду в работному доме, или умереть быстрой смертью вне его стен".

Фактически работные дома были жалкими приютами, для проживания в которых могли насильно разлучить семью, где почти не кормили, а жители были лишены элементарных гражданских прав и полностью зависели от приходского начальства. Эти ужасные условия усугублялись тем, что, по меткому определению того времени ученых, английская буржуазия воспринимала бедных обездоленных людей как бандитов, а работные дома как тюрьмы, а содержащиеся там обитатели — как люди, которые находятся вне закона".

Условия жизни в английских работных домах были хорошо известны Диккенсу, поскольку он работал репортером и собирал материал везде: от парламента до приюта для бедных или в тюрьме. Вспомним также о том, что семья Диккенсов некоторое время жила в долговой тюрьме, которая была подобной работному дому. Эти дома тогда в народе так и называли - "тюрьмы", ведь порядки в них были такими ужасными, что бедняки были готовы на любые условия работы, любую самую тяжелую эксплуатацию работодателей, чтобы только туда не попадать. А поскольку бедняков в тогдашней Великобритании были миллионы, вопрос образа их жизни приобретало общенационального масштаба.

Это социальное зло, эту страшную язву английского общества и изобразил Диккенс со всем мастерством своего писательского таланта и остротой гражданской позиции.

# data[].attributes.headline
Жанр: социальный ром

# data[].attributes.body
Жанр: социальный роман. Первый у Диккенса. Противоречия английской жизни выступают в нем яснее, чем в «Пиквикиане», задачи, которые ставил перед собой Диккенс, шире. Сначала собирался показать воровской Лондон таким, как он есть, объявил себя противником романтического приукрашивания жизни и писал в предисловии: «задачей моей книги была суровая правда» (вот тут к нему прицепился Теккерей и засмеял). В процессе работы замысел расширился, и в романе развернулось большое художественное полотно, охватывающее различные стороны современной английской жизни (тут тебе и работные дома, и городское «дно», и зажиточные дворяне).

В то время как Диккенс собирал материал для романа, шла борьба вокруг опубликованного в 1834г. «Закона о бедных» (суть в том, что всех безработных лишали пособий по безработице и запихивали в работные дома, где те были обязаны трудиться с утра до ночи). Диккенс осуждал этот закон, и «Оливер Твист» - отклик писателя на споры вокруг него.
Композиция: роман-путешествие (в более поздних романах, например, в «Домби и Сыне» - центростремительная композиция, где действие сосредотачивается вокруг одного героя – мистера Домби). Новые герои появляются в момент их знакомства с Оливером. Вместе с ним читатель путешествует из провинциального городка, где он жил в работном доме, в Лондон, затем попадает в логово Фейджина, открывая преступный мир Лондона, затем к Браунлоу и т.д.

# data[].attributes.headline
Диккенс в первом из 

# data[].attributes.body
Диккенс в первом из своих социальных романов рисует также грязь, нищету, преступления, царящие в трущобах Лондона, людей, опустившихся на «дно» общества. Обитатели трущоб Фейджин и Сайкс, Доджер и Бейтсы представляют в романе воровской Лондон. Для Диккенса они злоооо, и он противопоставляет им свою проповедь добра. Пафос обличения здесь еще не направлен против тех общественных условий, которые порождают порок. Но какова бы ни была субъективная оценка явлений писателем, образы трущоб и отдельных обитателей их (в особенности Нэнси) объективно выступают суровым обвинительным документом против всей общественной системы, порождающей нищету и преступность.
В романе нет монументальных сатирических и трагических образов (они появятся у Диккенса значительно позднее). Новаторство молодого Диккенса заключается в том, что он по-новому осмыслил излюбленный просветителями-романистами сюжет о сыне состоятельных родителей, волей случая попадающем на социальное дно, с тем чтобы после ряда приключений снова занять свое место в привилегированном обществе. Диккенс день за днем показывает младенчество и раннее детство главного героя. Оливер попадает в лапы «мастеров смерти»; преступное «замаривание» младенца начинается с самого момента его рождения. В доме миссис Манн детей убивали так успешно (при помощи голода, тяжелой каторжной работы, обваривая кипятком во время стирки белья и т.д.), что из восьми редко выживал и один ребенок. Диккенс сам подчеркивает, что судьба его героя не типична для обитателей работных домов, что этот персонаж нужен ему лишь для того, чтобы развивать действие, чтобы сплести нить повествования. «Чем больше голодал мальчишка по имени Оливер Твист, чем больше его били, тем он становился крепче и сильнее, тем быстрее он рос». Типична судьба маленького товарища Оливера – Дика, похороненного вскоре после бегства главного героя в Лондон.

Монкс, сводный брат Оливера, воплощает в романе зло – здесь Диккенс опирается на традицию готического романа.

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Выбрав правильный на ваш взгляд вариант ответа, жмите на кнопку "Проверить". Если хотите сразу увидеть правильные ответы, ищите под вопросами ссылку "Посмотреть правильные ответы"

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
викторина по роману диккенса приключения оливера твиста скачать бесплатно вопросы ответы тест игра

# data[].attributes.attachment_link.title
Викторина по роману Диккенса "Приключения Оливера Твиста"

# data[].attributes.attachment_link.description
Выбрав правильный на ваш взгляд вариант ответа, жмите на кнопку "Проверить". Если хотите сразу увидеть правильные ответы, ищите под вопросами ссылку "Посмотреть правильные ответы"

# data[].attributes.headline
Оливер Твист — кл

# data[].attributes.body
Оливер Твист — классическая экранизация 1948 года, реж. Дэвид Лин.
Оливер! — мюзикл, 1960 (Уэст-Энд, Лондон), 1962 (Бродвей), 1984 (возобновление на Бродвее), 1994 (возобновление в Уэст-Энде), 2002 (Тур по Австралазии), 2003 (Таллин), 2009 (возобновление в Уэст-Энде), с декабря 2011 (тур по Великобритании).
Оливер! — фильм-мюзикл, поставленный по одноимённому мюзиклу, 1968 год.
Оливер Твист — мультфильм, 1982 год.
Оливер Твист — телесериал, 1985 год. Реж. Гарет Дейвис (Великобритания).
Оливер и компания — мультфильм, 1988 год.
Толивер Твист — мультсериал Том и Джерри в детстве, Сезон 3, 1992 год.
Оливер Твист — фильм, 1997 год. Режиссёр — Тони Билл (США).
Оливер Твист — фильм, 2005 год. Режиссёр — Роман Полански.
Оливер Твист — сериал, 2007 год. Режиссёр — Коки Гидройк.
Памяти Оливера Твиста — документальный фильм, 2014 год. Режиссёр — Рональд Укланизм.

# data[].attributes.body
О фильме:

Год производства:

2005

Страны:

Франция, Великобритания, Чехия

Жанр:

драма, криминал

Режиссер:

Роман Полански

# data[].attributes.headline
В этой работе Поланс

# data[].attributes.body
В этой работе Полански исследует свою излюбленную тему попадания главного героя в незнакомый и враждебно настроенный мир. Он переработал книгу, сохранив основной посыл произведения. Полански, как и Диккенс, утверждает, что в каждом человеке, независимо от происхождения, есть ростки добра и сострадания, которые могут взойти даже на самом неблагоприятном грунте.

# data[].attributes.attachment_link.title
Список методической литературы и интернет