# data[].attributes.headline
Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций

# data[].attributes.subject
Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций

# data[].attributes.attachment_link.title
С. Хантингтон «Столкновение цивилизаций»

# data[].attributes.headline
8. Казахстанская модель межэтнического согласия.

# data[].attributes.subject
8. Казахстанская модель межэтнического согласия.

# data[].attributes.headline
6. Способы преодоления политических кризисов в современных условиях.

# data[].attributes.subject
6. Способы преодоления политических кризисов в современных условиях.

# data[].attributes.attachment_link.title
Инфографика данных (1)

# data[].attributes.headline
2. Политические конфликты, их сущность, конструктивные и деструктивные функции. 

# data[].attributes.subject
2. Политические конфликты, их сущность, конструктивные и деструктивные функции. 

# data[].attributes.headline
7. Этнополитические конфликты

# data[].attributes.subject
7. Этнополитические конфликты

# data[].attributes.headline
Конфликтологическая теория К.Маркса

# data[].attributes.subject
Конфликтологическая теория К.Маркса

# data[].attributes.headline
1. Конфликт как социальное явление.

# data[].attributes.subject
1. Конфликт как социальное явление.

# data[].attributes.attachment_link.title
Политический кризис. Типы и пути преодоления кризиса.

# data[].attributes.attachment_link.title
Конфликт (1)

# data[].attributes.headline
4. Динамика политических конфликтов. 

# data[].attributes.subject
4. Динамика политических конфликтов. 

# data[].attributes.attachment_link.title
Функции конфликта

# data[].attributes.headline
3. Типология политических конфликтов и кризисов.

# data[].attributes.subject
3. Типология политических конфликтов и кризисов.

# data[].attributes.attachment_caption
3. Типология политических конфликтов и кризисов.

# data[].attributes.headline
9. Античные мыслители о конфликте (Гераклит, Платон, Аристотель)

# data[].attributes.subject
9. Античные мыслители о конфликте (Гераклит, Платон, Аристотель)

# data[].attributes.headline
14. Политические конфликты и кризисы

# data[].attributes.subject
14. Политические конфликты и кризисы

# data[].attributes.body
1. Конфликт как социальное явление;
2. Политические конфликты, их сущность, конструктивные и деструктивные функции;
3. Типология политических конфликтов и кризисов;
4. Динамика политических конфликтов;
5. Виды и способы разрешения политических конфликтов. Технологии предотвращения социально-политических конфликтов в Казахстане;
6. Способы преодоления политических кризисов в современных условиях;
7. Этнополитические конфликты;
8. Казахстанская модель межэтнического согласия;
9. Античные мыслители о конфликтах

(Гераклит, Платон, Аристотель);

10. Конфликтологическая теория К.Маркса;
11. Конфликтологическая теория Т.Гоббса;
12.Анализ Политического конфликта - Карабахский конфликт;
13. Анализ Политического конфликта - Сирийская война;
14. Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций
15. Политические теории конфликта XX века.

# data[].attributes.headline
5. Виды и способы разрешения политических конфликтов. Технологии предотвращения социально-политических конфликтов в Казахстане. 

# data[].attributes.subject
5. Виды и способы разрешения политических конфликтов. Технологии предотвращения социально-политических конфликтов в Казахстане. 

# data[].attributes.headline
Концептуальная карта

# data[].attributes.subject
Концептуальная карта

# data[].attributes.attachment_link.title
Виды и способы разрешения политических конфликтов. Технологии предотвращения социально-политических конфликтов в Казахстане.(2)

# data[].attributes.attachment_caption
4. Динамика политических конфликтов. 

# data[].attributes.body
https://ru.padlet.com/azizaturganova/n1izn1xakhooxk2k

# data[].attributes.attachment_link.authors[].name
Екатерина Шульман

# data[].attributes.attachment_link.title
Екатерина Шульман: Сидя на штыках: Краткая история политического насилия

# data[].attributes.headline
Политические конфликты в «Политике» Аристотеля

# data[].attributes.subject
Политические конфликты в «Политике» Аристотеля

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
В завершении первой главы мы определили, что есть "политика" и что в связи с этим можно считать "политическим". Во второй главе, проанализировав взгляды разных исследователей на политический конфликт, мы выделили и его общее определение. Таким образом, мы можем сказать, что "политическим конфликтом" в понимании Аристотеля можно назвать конфликт по поводу властных отношений (отношений управления полисом), а связанных с ними распределением ресурсов различного качества и свойства -- как материальных, так и не материальных.

Вся V книга "Политики" посвящена государственным переворотам, известным Аристотелю из истории или произошедших при его жизни. "В Греции революции были столь же часты, как недавно в Латинской Америке". Именно эта часть интересует нас в нашей работе -- ибо любая смена форм правления есть конфликт -- прежней власти и власти, приходящей на смену.

Теперь нам необходимо исследовать непосредственно первопричины (как их называет автор) возникновения самих конфликтов, коих, как известно по Аристотелю, ровно три:

1) настроение людей, поднимающих мятеж, причины;

2) цель мятежа (то, ради чего);

3) повод, с чего начинаются распри (предконфликтная ситуация);

Говоря о первом пункте, необходимо пояснить, что, по существу, Аристотель говорит не столько о настроении, сколько задает вопрос "Почему, по какой причине это произошло?". А ответ на него уже был дан выше -- из-за несправедливого, по мнению зачинщиков, распределения благ.

Вообще, говоря о конфликтах, Аристотель говорит, что их причиной являются различия -- между богатыми и бедными, добродетельными и порочными. Кроме того, властные конфликты являются естественными, так как никто не может претендовать на власть, опираясь на безусловное право, будь то исключительная добродетель или исключительное богатство -- ведь, количественно, народная масса может быть более добродетельна или богата, чем претендент на власть.

В следующем, после трех причин конфликтов месте "Политики" он разбирает этот вопрос более подробно, здесь причиной является уже не общее понятие "несправедливость", но указаны более конкретные явления в жизни полиса, которые и представляют эту несправедливость:

1) Невозможность получить в свое распоряжение некие блага (прибыль и почет) при том, что другие в это время справедливо или несправедливо ими владеют и пользуются.

2) Наглость и корыстолюбие наделенных властью (коррупция), что приводит к негативной оценке их деятельности и государственного строя, при котором это возможно.

3) Почет, т.е. статусность как причина внутренних неурядиц -- неравное распределение приводит к недовольству тех, кто не может ей пользоваться, причем не учитывается достоинство обеих сторон конфликта. То есть, аристотелевская объективность, согласно которой почет справедливо должен распределяться, места в таком конфликте не имеет, что и является его причиной.

4) Неравное распределение власти -- превосходство одних над другими, что не согласуется с характером государства или правительства. Здесь следует отметить, что в тексте есть несколько фрагментов об этом:

a. В первом случае говорится о конкретных людях. В Афинах в качестве превентивных мер используют остракизм, так как страх быть высмеянным публично сдерживает тех, кто хочет возвыситься.

b. Следующая ситуация -- чрезмерное усиление влияния разных социальных группа. Он приводит в качестве примера Таранту, в которой в результате гибели знати на войне увеличился процент среднеимущего населения и полития, царившая там до этого, выродилась в демократию, а также Аргос и Афины со сходными ситуациями. Кроме того, при возвышении в демократиях есть шанс перехода в олигархию или аристократию.

c. Помимо этого, причиной государственного переворота может служить чрезмерное усиление одной из частей самого государства -- в результате Персидских войн в Афинах народ усилил свое влияние, а "корабельная чернь" укрепила демократию; в Аргосе знать, победившая лакедемонян, предприняла попытку свергнуть демократию; в Сиракузах народ сменил политию на демократию; в Халкиде народ сверг тирана Фокса и взял власть в свои руки.

Из этих пунктов Аристотель делает отдельный важный вывод -- те, благодаря кому государство возвышается, потенциально могут претендовать на власть и тем самым расшатывать сложившуюся политическую систему.

5) Презрение в результате неэффективного управления полисом -- здесь автор приводит в пример олигархию, где большинство населения не участвует в политических процессах, но осознает свою потенциальную силу, или же беспорядочный и анархичный характер демократии, вызывающий недовольство у состоятельных классов -- в пример приводятся павшие демократии Фив, Мегар, Родоса и Сиракуз.

6) Аристотель говорит и об изменении государственного строя в результате происков или недочетов системы. Это изменение в меньшей степени конфликтно и если оно произошло в результате мягкого вмешательства (происков), то возможно провести аналогию с "бархатными" революциями современности. Если же имеются недоработки в политической системе, то это потенциально может привести к большим бедам или, наоборот, к некоторым позитивным изменениям -- все зависит от тех, кто этим воспользуется. Так, из-за этого в Орее Гераклеодор преобразовал олигархию в политию и демократию, а в Амбракии из-за низкого имущественного ценза при избрании на государственные должности его и вовсе перестали учитывать.

7) Разноплеменность населения -- потенциальный источник этнополитических конфликтов, которые могут привести к переходу власти в другие руки и смене государственного строя. Ахейцы и трезенцы основали Сибарис, затем количество первых превзошло и вторые были изгнаны. Сибариты угнетали иные народы исходя из соображений, что полис принадлежит им и, значит, они имеют больше прав. В Византии чужеземцы пытались устроить заговор и были изгнаны, Антиссы приняли хиоссцев, а затем изгнали их, в Занкле коренные жители были выдворены самосцами, которых сами и приютили. Вся Эллада изобилует подобными конфликтами в трудах древнегреческих ученых, в том числе Фукидида, Геродота и других.

8) Территориальные особенности, географический фактор -- своеобразные природные разделители государства так же могут служить причиной внутриполисных конфликтов -- в Клазоменах, расположенные на суше и на острове, враждовали жители этих двух частей полиса, в Афинах жители настроены менее демократично, чем в прилегающем Пирее.

9) Кроме всех вышеперечисленных причин конфликтов, Аристотель выделяет еще и личную неприязнь среди высокопоставленных лиц, в результате которой возникает угроза государству. Примером здесь служит личный конфликт между двумя чиновниками в Сиракузах, итогом которого правящий слой разделился на враждующие стороны, или же спор двух братьев в Гести ее из-за наследства, или сватовство в Дельфах, приведшее к внутренним неурядицам.

Необходимо отметить важную деталь. Некоторые явления из вышеприведенного списка увеличивают свой конфликтный потенциал в зависимости от формы государственного устройства -- т.е. в политии это будет более разрушительно, чем, к примеру, в тирании, так как в последней это в целом согласуется с характером государства, в противовес первой.

Как мы видим из всего вышеизложенного, Аристотель выделил довольно большое количество ситуаций, которые потенциально могут привести к политическим конфликтам, более того -- подкрепил их тем фактическим материалом, имевшимся у него в распоряжении.

Говоря о способах свершения государственных переворотов, автор указывает два пути -- насилие и обман. И если с насильственным способом все ясно, то по поводу обмана Аристотель считает необходимым сделать пояснение -- зачинщики лгут народу и в результате берут власть в свои руки, а потом, когда он раскрывается, насильно удерживают её, либо снова прибегают к увещеванию и таким образом сохраняют свое положение. Таким образом, обман бывает двоякого рода.

В части IV "Политики" Аристотель рассматривает наиболее частые, по его мнению, причины государственных переворотов в зависимости от обозначенных им форм государственного устройства.

Демократия. "В демократиях перевороты чаще всего вызываются необузданностью демагогов". Чаще всего демократия была жертвой демагогов, преследующих личные интересы. В случае, когда против общего врага в их лице объединялась знать (Кос, Родос, Мегеры), новой формой устройства чаще всего являлись аристократия или олигархия -- притесняемые и унижаемые учиняли бунт и брали власть в свои руки.

Если же демагогу удавалось занять один из ведущих постов в полисе, то демократия вырождалась в тиранию -- Аристотель пишет, что "едва ли не большая часть древних тиранов происходила из демагогов". Но так бывало только в древности по причине того, что демагогами в то время были исключительно полководцы, так как учителей ораторского искусства еще не было. Во времена же написания трактата мастеров красноречия было вдоволь, но они не имели должного военного опыта и из-за этого тирании встречались реже.

Кроме того, если у кого-то из представителей народа слишком много полномочий, то есть шанс, что будет иметь место злоупотребление ими -- те, кто являлся защитником интересов граждан, могли рассматривать свое служение не в качестве долга, а в качестве способа обогатиться или захватить власть. Чаще всего доверие демоса демагогами завоевывалось путем насилия, обмана и интриг -- в пример приводятся Писистрат, затеявший распрю с периаками и установивший в Афинах тиранию, Феаген в Мегерах, Дионисий и его вражда с богачами в Сиракузах.

Кроме того, в демократиях, где голосование проходит поголовно, велик риск того, что, благодаря деятельности демагогов, народ станет выше самого закона -- в таком случае Аристотель рекомендует голосовать не всем, а отдельно по филам (общинам).

Олигархия может быть сокрушена или ослаблена в результате двух факторов. Первый из них -- притеснение олигархами народной массы, и, в случае, если кто-то из них встанет на её защиту, велик риск перерождения в тиранию в главе с самим предстателем, как это было в Наксосе. К этому фактору стоит причислить и излишнюю расточительность среди олигархов, которая приводит к посягательству на имущество частных лиц, что тоже ведет к недовольствам либо конкурентов в посягательстве, либо непосредственно тех, кого грабят.

Второй -- внутренние распри между самими олигархами по поводу неравного распределения ресурсов. Сюда можно отнести ситуацию, когда в военное время власть над армией попадает в руки одного лица, что приводит к тирании, либо же, если таких несколько, то к установлению династического порядка -- наследованию важных должностей. Далее, излишняя деспотичность правителей часто является причиной недовольств и мятежей. Закон, который мешает распределению ресурсов, тоже может стать причиной недовольства -- из-за правила о том, что родственники не могут занимать два государственных поста одновременно, в частности, пала олигархия в Мессалии и стала политией, в Истре -- демократией, как и в Гераклее.

В случае, когда правит небольшое количество олигархов, а не все, образуется ситуация "олигархии в олигархии", и недовольные безвластные могут поднять бунт с целью уравнения или переворота -- частый пример политического конфликта по поводу неравного распределения власти. Такая ситуация наблюдалась в Элиде, где немногих геронтов избирали по династическому принципу и пожизненно.

Кроме того, Аристотель пишет о том, что внутренние личные распри олигархов неизменно ведут к ослаблению государства, и кто-то из них берет власть в своих руки, опираясь на силу народа или обман. В качестве примеров философ приводит неудачное сватовство или судебные разбирательства.

Но если правящая элита дружна и её действия согласованы, то власть может держаться у них в руках длительное время, как в Фарсале. Кроме того, подрывной так же является и деятельность демагогов -- особенно, если избрание на какие-либо должности зависело не от избираемых. Следует также отметить, что олигархии, как и демократии, не всегда в результате внутренних конфликтов переходят в противоположные формы государственного устройства, возможен и иной исход -- усиление существующего строя.

Кроме того, необходимо упомянуть -- отношение Аристотеля к частной собственности. Вновь, оспаривая позицию Платона, а также исходя из эмпирического опыта, он защищает и обосновывает частную собственность, говоря о том, что человек больше склонен заботиться о том, что принадлежит ему, чем о том, что принадлежит всем, тем самым доказывая несостоятельность общности собственности. Помимо прочего, он снова апеллирует к природной любви человека к обладанию чем-либо и к самой возможности распоряжаться собственностью. Равно такое же отношение у него и к предложению Платона по поводу общности жен и детей -- считая это совершенно излишним, он апеллирует к тому, что верность супругов считается добродетелью, а при предлагаемом порядке она фактически обесценится. Конфликты, возникающие по поводу владения чем-либо, Стагирит объясняет так: дело не в самом существовании частной собственности, но в людях и их дурных нравах.

Иначе, по сравнению с предыдущими формами, Аристотель подходит к анализу конфликтов внутри аристократии и политии. Это связано с тем, что аристократия в его понимании есть нечто среднее между олигархией, демократией и политией. Помимо лучших черт от означенных устройств, она так же унаследовала и некоторые их уязвимости, кроме того -- в силу своей пограничности обрела и свои собственные.

Отклонения от справедливости, встречающиеся в двух обсуждаемых формах государственного устройства и есть главная причина их крушения.

Тирания и монархия чаще всего бывают сокрушены, как и некоторые олигархии, в силу личных обид и распрей. В результате наглости или обиды, монарх может быть сокрушен вне зависимости от праведности его намерений.

Но рассмотрим причины падения этих государств подробнее. Оба вида этой власти, хоть и сходны в том, что правитель один, но противоположны по целям. В правильной монархии царь ставится от добрых людей на их защиту от народной массы, тиран же -- выходец из народа против знатных, чаще всего -- демагог, хитростью завоевавший доверие. Кроме того, возможен случай, когда правильная монархия вырождается в тиранию, если царь или его потомки забывают об общем благе и стремятся к частному. Третий вид -- узурпирование власти должностным лицом, что может случаться в разных типах государственных устройств.

Несмотря на то, что по поводу внешних политических конфликтов Аристотель пишет не так много, его больше, как и любого грека, занимают проблемы полиса, некоторую информацию мы все же можем извлечь из его работ.

Любые войны целью своей имеют захват ресурсов, в частности, рабов. Аристотель выступал против обращения греков в рабов, считая, что все "варвары" (не греки) являются ими "по природе". Но, как нам известно из истории, конфликты и войны между полисами редкостью не являлись -- скорее даже наоборот, отсутствие таковых вызывает подозрение в том, что, возможно, информация о них до нас просто не дошла.

Возвращаясь к теме войн между полисами -- они могут быть потенциальной причиной крушения государства и, несомненно, являются политическим конфликтом, но лишь в некоторой степени. Исходя из тезиса о том, что войны есть ресурсозахватническое мероприятие, мы можем сделать вывод, что к политике (именно в нашем понимании, как общение граждан по поводу блага) они имеют отдаленное отношение, а значит рассматривать их в данной работе нет смысла.

# data[].attributes.attachment_link.title
Политические конфликты в "Политике"

# data[].attributes.attachment_link.description
В завершении первой главы мы определили, что есть "политика" и что в связи с этим можно считать "политическим". Во второй главе, проанализировав взгляды разных исследователей на политический конфликт, мы выделили и его общее определение.

# data[].attributes.headline
Политическая теория Аристотеля и причины конфликтов

# data[].attributes.subject
Политическая теория Аристотеля и причины конфликтов

# data[].attributes.attachment_link.title
Политическая теория Аристотеля и причины конфликтов.

# data[].attributes.attachment_link.description
Политическая теория Аристотеля и причины конфликтов., Формы правления по Аристотелю - История конфликтологии

# data[].attributes.headline
Тема конфликта в политических трактатах Платона и Аристотеля

# data[].attributes.subject
Тема конфликта в политических трактатах Платона и Аристотеля

# data[].attributes.attachment_link.title
Этнополитические конфликты

# data[].attributes.headline
Платон. Государство

# data[].attributes.subject
Платон. Государство

# data[].attributes.body
https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Hrestom/07.php

# data[].attributes.attachment_link.title
библиотека Гумер - Политология. ПЛАТОН. Государство

# data[].attributes.attachment_link.description
Хрестоматия. Политология - произведения мыслителей разных эпох, стран и народов, позволяющие понять их политические воззрения

# data[].attributes.headline
Макиавелли.Государь

# data[].attributes.subject
Макиавелли.Государь

# data[].attributes.body
https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Hrestom/09.php

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Ваш комментарий о книге

Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ

Н. МАКИАВЕЛЛИ. Государь

Г л а в а I
Скольких видов бывают государства и как они приобретаются
Все государства, все державы, обладавшие или обладающие властью над людьми, были и суть либо республики, либо государства, управляемые единовластно. Последние могут быть либо унаследованными - если род государя правил долгое время, либо новыми. Новым может быть либо государство в целом - таков Милан для Франческо Сфорца; либо его часть, присоединенная к унаследованному государству вследствие завоевания - таково Неаполитанское королевство для короля Испании. Новые государства разделяются на те, где подданные привыкли повиноваться государям, и те, где они искони жили свободно; государства приобретаются либо своим, либо чужим оружием, либо милостью судьбы, либо доблестью.
Г л а в а II
О наследственном единовластии
Я не стану касаться республик, ибо подробно говорю о них в другом месте. Здесь я перейду прямо к единовластному правлению и, держась

126 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПР0БЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

намеченного выше порядка, разберу, какими способами государи могут управлять государствами и удерживать над ними власть.
[...) Ибо у государя, унаследовавшего власть, меньше причин и меньше необходимости притеснять подданных, почему они и платят ему большей любовью, и если он не обнаруживает чрезмерных пороков, вызывающих ненависть, то закономерно пользуется благорасположением граждан. Давнее и преемственное правление заставляет забыть о бывших некогда переворотах и вызвавших их причинах, тогда как всякая перемена прокладывает путь другим переменам.
Г л а в а III
О смешанных государствах
Трудно удержать власть новому государю. И даже наследному государю, присоединившему новое владение - так что государство становится как бы смешанным, - трудно удержать над ним власть прежде всего вследствие той же естественной причины, какая вызывает перевороты во всех новых государствах. А именно: люди, веря, что новый правитель окажется лучше, охотно восстают против старого, но вскоре они на опыте убеждаются, что обманулись, ибо новый правитель всегда оказывается хуже старого. Что опять-таки естественно и закономерно, так как завоеватель притесняет новых подданных, налагает на них разного рода повинности и обременяет их постоями войска, как это неизбежно бывает при завоевании. И таким образом наживает врагов в тех, кого притеснил, и теряет дружбу тех, кто способствовал завоеванию, ибо не может вознаградить их в той степени, в какой они ожидали, но не может и применить к ним крутые меры, будучи им обязан - ведь без их помощи он не мог бы войти в страну, как бы ни было сильно его войско. (...)
[...] В первом случае удержать завоеванное нетрудно, в особенности если новые подданные и раньше не знали свободы. Чтобы упрочить над ними власть, достаточно искоренить род прежнего государя, ибо при общности обычаев и сохранении старых порядков ни от чего другого не может произойти беспокойства. [...]
Другое отличное средство - учредить в одном-двух местах колонии, связующие новые земли с государством завоевателя. Кроме этой есть лишь одна возможность - разместить в стране значительное количество кавалерии и пехоты. Колонии не требуют больших издержек, устройств и содержание их почти ничего не стоят государю, и разоряют они лишь тех жителей, чьи поля и жилища отходят новым поселенцам [...] По каковому поводу уместно заметить, что людей следует либо ласкать,

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПО.ПИТОЛОГИИ 127

либо изничтожать, ибо за малое зло человек может отомстить, а за большое - не может; из чего следует, что наносимую человеку обиду надо рассчитать так, чтобы не бояться мести. Если же вместо колоний поставить в стране войско, то содержание его обойдется гораздо дороже и поглотит все доходы от нового государства, вследствие чего приобретение обернется убытком; к тому же от этого пострадает гораздо больше людей, так как постои войска обременяют все население, отчего каждый, испытывая тяготы, становится врагом государю, а также враги могут ему повредить, ибо хотя они и побеждены, но остаются у себя дома. Итак, с какой стороны ни взгляни, содержание подобного гарнизона вредно, тогда как учреждение колоний полезно. [...]
Поистине страсть к завоеваниям - дело естественное и обычное; и тех, кто учитывает при этом свои возможности, все одобрят или же никто не осудит; но достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеваниям какой угодно ценой. [...]
[...] Как показал опыт, Церковь и Испания благодаря Франции расширили свои владения в Италии, а Франция благодаря им потеряла там все. Отсюда можно извлечь вывод, многократно подтверждавшийся: горе тому, кто умножает чужое могущество, ибо оно добывается умением или силой, а оба эти достоинства не вызывают доверия у того, кому могущество достается.
Г л а в а XV
О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют
или порицают
[...] Государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности.
Если же говорить не о вымышленных, а об истинных свойствах государей, то надо сказать, что во всех людях, а особенно в государях, стоящих выше прочих людей, замечают те или иные качества, заслуживающие похвалы или порицания. А именно: говорят, что один щедр, другой скуп - если взять тосканское слово, ибо жадный на нашем наречии - это еще и тот, кто хочет отнять чужое, а скупым мы называем того, кто слишком держится за свое, - один расточителен, другой алчен; один жесток, другой сострадателен; один честен, другой вероломен; один изнежен и малодушен, другой тверд духом и смел; этот снисходителен, тот надменен; этот распутен, тот целомудрен; этот лукав, тот прямодушен;

128 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

этот упрям, тот покладист; этот легкомыслен, тот степенен; этот набожен, тот нечестив и так далее. Что может быть похвальнее для государя, нежели соединять в себе все лучшие из перечисленных качеств? Но раз в силу своей природы человек не может ни иметь одни добродетели, ни неуклонно им следовать, то благоразумному государю следует избегать тех пороков, которые могут лишить его государства, от остальных же - воздерживаться по мере сил, но не более. И даже пусть государи не боятся навлечь на себя обвинения в тех пороках, без которых трудно удержаться у власти, ибо, вдумавшись, мы найдем немало такого, что на первый взгляд кажется добродетелью, а в действительности пагубно для государя и, наоборот: выглядит как порок, а на деле доставляет государю благополучие и безопасность.
Г л а в а XVI11
О том, как государи должны держать слово
Излишне говорить, сколь похвальная в государе верность данному слову, прямодушие и неуклонная честность. Однако мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удавались лишь тем, кто не старался сдержать данное слово и умел, кого нужно, обвести вокруг пальца; такие государи в конечном счете преуспели куда больше, чем те, кто ставил на честность.
Надо знать, что с врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй - зверю; но так как первое часто недостаточно, то приходится прибегать и ко второму. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природе и человека, и зверя. Не это ли иносказательно внушают нам античные авторы, повествуя о том, как Ахилла и прочих героев древности отдавали на воспитание кентавру Хирону, дабы они приобщились к его мудрости? Какой иной смысл имеет выбор в наставники получеловека-полузверя, как не тот, что государь должен совместить в себе обе эти природы, ибо одна без другой не имеет достаточной силы?
Итак, из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса - волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков. Тот, кто всегда подобен льву, может не заметить капкана. Из чего следует, что разумный правитель не может и не должен оставаться верным своему обещанию, если это вредит его интересам и если отпали причины, побудившие его дать обещание. Такой совет был бы недо-

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 129

стойным, если бы люди честно держали слово, но люди, будучи дурны, слова не держат, поэтому и ты должен поступать с ними так же. А благовидный предлог нарушить обещание всегда найдется. Примеров тому множество: сколько мирных договоров, сколько соглашений не вступило в силу или пошло прахом из-за того, что государи нарушали свое слово, и всегда в выигрыше оказывался тот, кто имел лисью натуру. Однако натуру эту надо еще уметь прикрыть, надо быть изрядным обманщиком и лицемером, люди же так простодушны и так поглощены ближайшими нуждами, что обманывающий всегда найдет того, кто даст себя одурачить. [...]
[...] Надо являться в глазах людей сострадательным, верным слову, милостивым, искренним, благочестивым - и быть таковым в самом деле, но внутренне надо сохранять готовность проявить и противоположные качества, если это окажется необходимо. Следует понимать, что государь, особенно новый, не может исполнять все то, за что людей почитают хорошими, так как ради сохранения государства он часто бывает вынужден идти против своего слова, против милосердия, доброты и благочестия. Поэтому в душе он всегда должен быть готов к тому, чтобы переменить направление, если события примут другой оборот или в другую сторону задует ветер фортуны, т.е., как было сказано, по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться и зла.
Итак, государь должен бдительно следить за тем, чтобы с языка его не сорвалось слова, не исполненного пяти названных добродетелей. Пусть тем, кто видит его и слышит, он предстанет как само милосердие, верность, прямодушие, человечность и благочестие, особенно благочестие. Ибо люди большей частью судят по виду, так как увидеть дано всем, а потрогать руками - немногим. Каждый знает, каков ты с виду, немногим известно, каков ты на самом деле, и эти последние не посмеют оспорить мнение большинства, за спиной которого стоит государство. О действиях всех людей, а особенно государей, с которых в суде не спросишь, заключают по результату, поэтому пусть государи стараются сохранить власть и одержать победу. Какие бы средства для этого ни употребить, их всегда сочтут достойными и одобрят, ибо чернь прельщается видимостью и успехом, в мире же нет ничего, кроме черни, и меньшинству в нем не остается места, когда за большинством стоит государство. Один из нынешних государей, которого воздержусь называть, только и делает, что проповедует мир и верность, на деле же тому и другому злейший враг; но если бы он последовал тому, что проповедует, то давно лишился бы либо могущества, либо государства.

130 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

Г л а в а XIX
О том, каким образом избегать ненависти и презрения
Наиважнейшие из упомянутых качеств мы рассмотрели; что же касается прочих, то о них я скажу кратко, предварив рассуждение одним общим правилом. Государь, как отчасти сказано выше, должен следить за тем, чтобы не совершить ничего, что могло бы вызвать ненависть или презрение подданных. Если в этом он преуспеет, то свое дело он сделал, и прочие его пороки не представят для него никакой опасности. Ненависть государи возбуждают хищничеством и посягательством на добро и женщин своих подданных. Ибо большая часть людей довольна жизнью, пока не задеты их честь или имущество; так что недовольным может оказаться лишь небольшое число честолюбцев, на которых нетрудно найти управу. Презрение государи возбуждают непостоянством, легкомыслием, изнеженностью, малодушием и нерешительностью. Этих качеств надо остерегаться как огня, стараясь, напротив, в каждом действии являть великодушие, бесстрашие, основательность и твердость. Решения государя касательно частных дел подданных должны быть бесповоротными. и мнение о нем должно быть таково, чтобы никому не могло прийти в голову, что можно обмануть или перехитрить государя. К правителю, внушившему о себе такое понятие, будут относиться с почтением; а если известно, что государь имеет выдающиеся достоинства и почитаем своими подданными, врагам труднее будет напасть на него или составить против него заговор. Ибо государя подстерегают две опасности - одна изнутри, со стороны подданных, другая извне - со стороны сильных соседей. С внешней опасностью можно справиться при помощи хорошего войска и хороших союзников; причем тот, кто имеет хорошее войско, найдет и хороших союзников. А если опасность извне будет устранена, то и внутри сохранится мир при условии, что его не нарушат тайные заговоры. Но и в случае нападения извне государь не должен терять присутствия духа, ибо, если образ его действий был таков, как я говорю, он устоит перед любым неприятелем. [...]
Что же касается подданных, то когда снаружи мир, то единственное, чего следует опасаться, - это тайные заговоры. Главное средство против них - не навлекать на себя ненависти и презрения подданных и быть угодным народу, чего добиться необходимо, как о том подробно сказано выше. Из всех способов предотвратить заговор самый верный - не быть ненавистным народу. Ведь заговорщик всегда рассчитывает на то, что убийством государя угодит народу; если же он знает, что возмутит народ, у него не хватит духа пойти на такое дело, ибо труд-

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 131

ностям, с которыми сопряжен всякий заговор, нет числа. Как показывает опыт, заговоры возникали часто, но удавались редко. [...]
Короче говоря, на стороне заговорщика - страх, подозрение, боязнь расплаты; на стороне - государя - величие власти, законы, друзья и вся мощь государства; так что если к этому присоединяется народное благоволение, то едва ли кто-нибудь осмелится составить заговор. Ибо заговорщику есть чего опасаться и прежде совершения злого дела, но в этом случае, когда против него народ, ему есть чего опасаться и после, ибо ему не у какого будет искать убежища. [...]
В заключение повторю, что государь может не опасаться заговоров, если пользуется благоволением народа, и, наоборот, должен бояться всех и каждого, если народ питает к нему вражду и ненависть. Благоустроенные государства и мудрые государи принимали все меры к тому, чтобы не ужесточать знать и быть угодными народу, ибо это принадлежит к числу важнейших забот тех, кто правит.
В наши дни хорошо устроенным и хорошо управляемым государством является Франция. В ней имеется множество полезных учреждений, обеспечивающих свободу и безопасность короля, из которых первейшее - парламент с его полномочиями. Устроитель этой монархии, зная властолюбие и наглость знати, считал, что ее необходимо держать в узде; с другой стороны, зная ненависть народа к знати, основанную на страхе, желал оградить знать. Однако он не стал вменять это в обязанность королю, чтобы знать не могла обвинить его в потворстве народу, а народ - в покровительстве знати, и создал третейское учреждение, которое, не вмешивая короля, обуздывает сильных и поощряет слабых. Трудно вообразить лучший и более разумный порядок, как и более верный залог безопасности короля и королевства. Отсюда можно извлечь еще одно полезное правило, а именно: что дела, неугодные подданным, государи должны возлагать на других, а угодные - исполнять сами. В включение же повторю, что государю надлежит вызывать почтение к тати, но не вызывать ненависти в народе. [...]
Здесь уместно заметить, что добрыми делами можно навлечь на себя ненависть точно так же, как и дурными, поэтому государь, как я уже говорил, нередко вынужден отступать от добра ради того, чтобы сохранить государство, ибо если та часть подданных, чьего расположения ищет государь, - будь то народ, знать или войско, - развращена, то и государю, чтобы ей угодить, приходится действовать соответственно, и в этом случае добрые дела могут ему повредить. [...]

132 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

Но вернемся к обсуждаемому предмету. Рассмотрев сказанное выше, мы увидим, что главной причиной гибели императоров была либо ненависть к ним, либо презрение, и поймем, почему из тех, кто действовал противоположными способами, только двоим выпал счастливый, а остальным несчастный конец. [...]
Г л а в а XXI
Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали
Ничто не может внушить к государю такого почтения, как военные предприятия и необычайные поступки. [...]
Величию государя способствуют также необычайные распоряжения внутри государства, [...] иначе говоря, когда кто-либо совершает что-либо значительное в гражданской жизни, дурное или хорошее, то его полезно награждать или карать таким образом, чтобы это помнилось как можно дольше. Но самое главное для государя - постараться всеми своими поступками создать себе славу великого человека, наделенного умом выдающимся.
Государя уважают также, когда он открыто заявляет себя врагом или другом, т.е. когда он без колебаний выступает за одного против другого - это всегда лучше, чем стоять в стороне. Ибо когда двое сильных правителей вступают в схватку, то они могут быть таковы, что возможный победитель либо опасен для тебя, либо нет. В обоих случаях выгоднее открыто и решительно вступить в войну. [...]
И всегда недруг призывает отойти в сторону, тогда как друг зовет открыто выступить за него с оружием в руках. Нерешительные государи, как правило, выбирают невмешательство, чтобы избежать ближайшей опасности, и, как правило, это приводит их к крушению.
Зато если ты бесстрашно примешь сторону одного из воюющих и твой союзник одержит победу, то как бы ни был он могуществен и как бы ты от него ни зависел, он обязан тебе - люди же не настолько бесчестны, чтобы нанести удар союзнику, выказав столь явную неблагодарность. Кроме того, победа никогда не бывает полной в такой степени, чтобы победитель мог ни с чем не считаться и в особенности - мог попрать справедливость. Если же тот, чью сторону ты принял, проиграет войну, он примет тебя к себе и, пока сможет, будет тебе помогать, так что ты станешь собратом по несчастью тому, чье счастье, возможно, еще возродится.
Во втором случае, когда ни одного из воюющих не приходится опасаться, примкнуть к тому или к другому еще более благоразумно. Ибо

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТО.ЛОГИИ 133

с помощью одного ты разгромишь другого, хотя тому, будь он умнее, следовало бы спасать, а не губить противника; а после победы ты подчинишь союзника своей власти, он же благодаря твоей поддержке неминуемо одержит победу.
Здесь уместно заметить, что лучше избегать союза с теми, кто сильнее тебя, если к этому не понуждает необходимость, как о том сказано выше. Ибо в случае победы сильного союзника ты у него в руках, государи же должны остерегаться попадать в зависимость к другим государям.[...]
Государь должен также выказывать себя покровителем дарований, привечать одаренных людей, оказывать почет тем, кто отличился в каком-либо ремесле или искусстве. Он должен побуждать граждан спокойно предаваться торговле, земледелию и ремеслам, чтобы одни благоустраивали свои владения, не боясь, что эти владения у них отнимут, другие - открывали торговлю, не опасаясь, что их разорят налогами; более того, он должен располагать наградами для тех, кто заботится об украшении города или государства. Он должен также занимать народ празднествами и зрелищами в подходящее для этого время года. Уважая цехи, или трибы, на которые разделен всякий город, государь должен участвовать иногда в их собраниях и являть собой пример щедрости и великодушия, но при этом твердо блюсти свое достоинство и величие, каковые должны присутствовать в каждом его поступке.

Г л а в а XXII
О советниках государей
Немалую важность имеет для государя выбор советников, а каковы они будут, хороши или плохи, - зависит от благоразумия государей. Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников. [...]
Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам, другой может понять то, что постиг первый, третий сам ничего не постигнет и постигнутого другим понять не может. Первый ум - выдающийся, второй - значительный, третий - негодный. [...] Ибо когда человек способен распознать добро и зло в делах и в речах людей, то, не будучи сам особо изобретательным, он сумеет отличить дурное от доброго в советах своих

134. Раздел I. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

помощников и за доброе вознаградит, а за дурное взыщет; да и помощники его не понадеются обмануть государя и будут добросовестно ему служить.
Есть один безошибочный способ узнать, чего стоит помощник. Если он больше заботится о себе, чем о государе, и во всяком деле ищет своей выгоды, он никогда не будет хорошим слугой государю, и тот никогда не сможет на него положиться. Ибо министр, в чьих руках дела государства, обязан думать не о себе, а о государе и не являться к нему ни с чем, что не относится до государя. Но и государь со своей стороны должен стараться удержать преданность своего министра, воздавая ему по заслугам, умножая его состояние; привязывая его к себе узами благодарности, разделяя с ним обязанности и почести, чтобы тот видел, что государь не может без него обходиться, и чтобы, имея достаточно богатств и почестей, не возжелал новых богатств и почестей, а также чтобы, занимая разнообразные должности, убоялся переворотов. Когда государь и его министр обоюдно ведут себя таким образом, они могут быть друг в друге уверены, когда же они ведут себя иначе, это плохо кончается либо для одного, либо для другого.
Г л а в а XXIII
Как избежать льстецов
Я хочу коснуться еще одного важного обстоятельства, а именно одной слабости, от которой трудно уберечься правителям, если их не отличает особая мудрость и знание людей. Я имею в виду лесть и льстецов, которых во множестве приходится видеть при дворах государей, ибо люди так тщеславны и так обольщаются на свой счет, что с трудом могут уберечься от этой напасти, Но беда еще и в том, что, когда государь пытается искоренить лесть, он рискует навлечь на себя презрение. Ибо нет другого способа оградить себя от лести, как внушив людям, что, если они выскажут тебе всю правду, ты не будешь на них в обиде, но, когда каждый сможет говорить тебе правду, тебе перестанут оказывать должное почтение.
Поэтому благоразумный государь должен избрать третий путь, а именно: отличив нескольких мудрых людей, им одним предоставить право высказывать все, что они думают, но только о том, что ты сам спрашиваешь, и ни о чем больше; однако спрашивать надо обо всем и выслушивать ответы, решение же принимать самому и по своему усмотрению. На советах с каждым из советников надо вести себя так, чтобы все знали, что, чем безбоязненнее они выскажутся, тем более угодят государю; но вне их никого не слушать, а прямо идти к намечен-

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 135

ной цели и твердо держаться принятого решения. Кто действует иначе, тот либо поддается лести, либо, выслушивая разноречивые советы, часто меняет свое мнение, чем вызывает неуважение подданных. [...]
Таким образом, государь всегда должен советоваться с другими, но только когда он того желает, а не когда того желают другие; и он должен осаживать всякого, кто вздумает, непрошеный, подавать ему советы. Однако сам он должен широко обо всем спрашивать, о спрошенном терпеливо выслушивать правдивые ответы и, более того, проявлять беспокойство, замечая, что кто-либо почему-либо опасается говорить ему правду. Многие полагают, что кое-кто из государей, слывущих мудрыми, славой своей обязаны не себе самим, а добрым советам своих приближенных, но мнение это ошибочно. Ибо правило, не знающее исключений, гласит: государю, который сам не обладает мудростью, бесполезно давать благие советы, если только такой государь случайно не доверится мудрому советнику, который будет принимать за него все решения. Но хотя подобное положение и возможно, ему скоро пришел бы конец, ибо советник сам сделался бы государем. Когда же у государя не один советник, то, не обладая мудростью, он не сможет примирить разноречивые мнения; кроме того, каждый из советников будет думать лишь о собственном благе, а государь этого не разглядит и не примет меры. Других же советников не бывает, ибо люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость. Отсюда можно заключить, что добрые советы, кто бы их ни давал, родятся из мудрости государей, а не мудрость государей родится из добрых советов.

Печатается по: Макиавелли Н. Государь. М., 1990. С. 4, 5-7, 8, 10-12, 46-58, 66-78.
Ваш комментарий о книге
Обратно в раздел Политология

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
библиотека хрестоматия политология

# data[].attributes.attachment_link.title
библиотека Гумер - Политология. Н. МАКИАВЕЛЛИ. Государь

# data[].attributes.attachment_link.description
Ваш комментарий о книге Г л а в а I Скольких видов бывают государства и как они приобретаются Все государства, все державы, обладавшие или обладающие властью над людьми, были и суть либо республики, либо государства, управляемые единовластно. Последние могут быть либо унаследованными - если род государя правил долгое время, либо новыми.

# data[].attributes.headline
Аристотель.Политика

# data[].attributes.subject
Аристотель.Политика

# data[].attributes.body
https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Hrestom/08.php

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Ваш комментарий о книге

Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ

АРИСТОТЕЛЬ. Политика

К н и г а п е р в а я (А)
I. 1. Поскольку, как мы видим, всякое государство представляет собой своего рода общение, всякое же общение организуется ради какого-либо блага (ведь всякая деятельность имеет в виду предполагаемое благо), то, очевидно, все общения стремятся к тому или иному благу, причем больше других и к высшему из всех благ стремится то общение, которое является наиболее важным из всех и обнимает собой все остальные общения. Это общение и называется государством или общением политическим. [...]
2. [...] Соответственно общение, естественным путем возникшее для удовлетворения повседневных надобностей, есть семья. [...]
7. Общение, состоящее из нескольких семей и имеющее целью обслуживание не кратковременных только потребностей, - селение. [...]
8. Общество, состоящее из нескольких селений, есть вполне завершенное государство, достигшее, можно сказать, в полной мере самодовлеющего состояния и возникшее ради потребностей жизни, но существующее ради достижения благой жизни. Отсюда следует, что всякое государство - продукт естественного возникновения, как и первичные общения: оно является завершением их, в завершении же сказывается природа. [...]
9. Из всего сказанного явствует, что государство принадлежит к тому, что существует по природе, и что человек по природе своей есть существо политическое. [...]
II. 1. Уяснив, из каких элементов состоит государство, мы должны прежде всего сказать об организации семьи, ведь каждое государство слагается из отдельных семей. Семья в свою очередь состоит из элементов, совокупность которых и составляет ее организацию. В совершенной семье два элемента: рабы и свободные. Так как исследование каждого объекта должно начинать прежде всего с рассмотрения мельчайших частей, его составляющих, а первоначальными и мельчайшими частями семьи являются господин и раб, муж и жена, отец и дети, то и

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ П0ЛИТОЛОГИИ 107

следует рассмотреть каждый из этих трех элементов: что каждый из них представляет собой и каковым он должен быть.
2. [Отношения, существующие между тремя указанными парными элементами, можно охарактеризовать] так: господское, брачное (сожительство мужа и жены не имеет особого термина для своего обозначения) и третье - отцовское (и это отношение не обозначается особым термином). Пусть их будет три, именно названные нами; существует еще один элемент семьи, который, по мнению одних, и есть ее организация, а по мнению других, составляет главнейшую часть ее; я имею в виду так называемое искусство накопления. ?...]
4. Собственность есть часть дома, и приобретение есть часть семейной организации: без предметов первой необходимости нельзя не только хорошо жить, но и вообще жить. [...]
11. Согласно нашему утверждению, во всяком живом существе прежде всего можно усмотреть власть господскую и политическую. Душа властвует над телом, как господин, а разум над нашими стремлениями - как государственный муж. Отсюда ясно, сколь естественно и полезно для тела быть в подчинении у души, а для подверженной аффектам части души - быть в подчинении у разума и рассудочного элемента души и, наоборот, какой всегда получается вред при равном или обратном соотношении.
21. [...] Из предыдущего ясно и то, что власть господина и власть государственного мужа, равно как и все виды власти, не тождественны, как это утверждают некоторые. Одна - власть над свободными по природе, другая - власть над рабами. Власть господина в семье - монархия (ибо всякая семья управляется своим господином монархически), власть же государственного мужа - это власть над свободными и равными.
22. Господином называют не за знания, а за природные свойства;
точно также обстоит дело с рабом и свободным. [...]
V. 1. Наука о домохозяйстве предполагает три элемента власти: во-первых, власть господина по отношению к рабам (об этом мы говорили выше); во-вторых, отношение отца к детям; в-третьих, отношение мужа к жене. Действительно, властвуют и над женой, и над детьми как существами свободными, но осуществляется эта власть не одинаковым образом.
2. Власть мужа над женой можно сравнить с властью политического деятеля, власть отца над детьми - с властью царя. Ведь мужчина по своей природе, исключая лишь те или иные ненормальные отклонения,

108 Раздел I. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

более призван к руководительству, чем женщина, а человек старший и зрелый может лучше руководить, чем человек молодой и незрелый.
При замещении большей части государственных должностей между людьми властвующими и подчиненными соблюдается очередность: и те и другие совершенно естественно стремятся к равенству и к уничтожению всяких различий. Тем не менее, когда одни властвуют, а другие находятся в подчинении, все-таки является стремление провести различие между теми и другими в их внешнем виде, в их речах и в знаках почета.?...]
К н и г а в т о р а я (В)
II. 4. [...] Собственность должна быть общей только в относительном смысле, а вообще - частной. Ведь когда забота о ней будет поделена между разными людьми, среди них исчезнут взаимные нарекания; наоборот, получится большая выгода, поскольку каждый будет с усердием относиться к тому, что ему принадлежит. [...]
III 11. [...] Итак, правильнее суждение тех, кто смешивает несколько видов, потому что тот государственный строй, который состоит в соединении многих видов, действительно является лучшим. [...]
IV 12. Основное во всем этом - не столько уравнять собственность, сколько устроить так, чтобы люди, от природы достойные, не желали иметь больше, а недостойные не имели такой возможности; это произойдет в том случае, если этих последних поставят в низшее положение, но не станут обижать. [...]
V 1. Гипподам, сын Еврифонта, уроженец Милета, [...] проектировал государство с населением в десять тысяч граждан, разделенное на три части: первую образуют ремесленники, вторую - земледельцы, третью - защитники государства, владеющие оружием. Территория государства также делится на три части: священную, общественную и частную. Священная - та, с доходов которой должен отправляться установленный религиозный культ; общественная - та, с доходов которой должны получать средства к существованию защитники государства; третья находится в частном владении земледельцев. По его мысли, и законы существуют только троякого вида, поскольку судебные дела возникают по поводу троякого рода преступлений (оскорбление, повреждение, убийство). 3. Он предполагал учредить и одно верховное судилище, куда должны переноситься разбирательства по всем делам, решенным, по мнению тяжущихся, неправильно; в этом судилище должно состоять определенное число старцев, назначаемых путем избрания.

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 109

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 115

данином, пользуется правом занимать должности, властвует же опять-таки закон. При пятом виде демократии все остальные условия те же, но верховная власть принадлежит не закону, а простому народу.
4. Это бывает в том случае, когда решающее значение будут иметь постановления народного собрания, а не закон. Достигается это через посредство демагогов. В тех демократических государствах, где решающее значение имеет закон, демагогам нет места, там на первом месте стоят лучшие граждане; но там, где верховная власть основана не на законах, появляются демагоги. Народ становится тогда единодержавным, как единица, составленная из многих: верховная власть принадлежит многим, не каждому в отдельности, но всем вместе. А какой вид многовластия имеет в виду Гомер, говоря, что многовластие - не благо, тот ли, который нами только что указан, или тот, когда власть сосредоточена в руках нескольких людей, причем каждый из них лично пользуется ею, остается неясным. 5. В этом случае простой народ, являясь монархом, стремится и управлять по-монаршему (ибо в этом случае закон им не управляет) и становится деспотом (почему и льстецы у него в почете), и этот демократический строй больше всего напоминает из отдельных видов монархии тиранию; поэтому и характер у них один и тот же: и крайняя демократия, и тирания поступают деспотически с лучшими гражданами; постановления такой демократии имеют то же значение, что в тирании распоряжения. Да и демагоги и льстецы в сущности одно и то же или во всяком случае схожи друг с другом; и те и другие имеют огромную силу - льстецы у тиранов, демагоги у описанной нами демократии. 6. Они повинны в том, что решающее значение предоставляется не законам, а постановлениям народа, так как демагоги отдают на его решение все. И выходит так, что демагоги становятся могущественными вследствие сосредоточения верховной власти в руках народа, а они властвуют над его мнениями, так как народная масса находится у них в послушании. Сверх того, они, возводя обвинения на должностных лиц, говорят, что этих последних должен судить народ, а он охотно принимает обвинения, так что значение всех должностных лиц сводится на нет. 7. По-видимому, такого рода демократии можно сделать вполне основательный упрек, что она не представляет собой государственного устройства: там, где отсутствует власть закона, нет и государственного устройства. Закон должен властвовать над всем; должностным же лицам и народному собранию следует предоставить обсуждение частных вопросов. Таким образом, если демократия есть один из видов государ-

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 117

бираются на народные собрания лишь в случае необходимости. Остальные граждане могут принимать участие в государственном управлении лишь после приобретения установленного законами имущественного ценза; всякий, кто приобрел его, имеет право участвовать в государственном управлении. И если бы это право не было предоставлено всем, то получился бы олигархический строй; предоставить же всем возможность иметь досуг невозможно, коль скоро нет средств к жизни. Указанные причины и ведут к образованию первого вида демократии. 4. Второй вид демократии отличается от первого следующими признаками: хотя все люди, в принадлежности которых к гражданам на основании их происхождения нет никакого сомнения, могут участвовать в управлении, однако участвуют только те, кто может иметь досуг; в такого рода демократии властвуют законы, потому что для необходимого досуга не хватает доходов. При третьем виде демократии принимать участие в управлении могут все свободнорожденные, однако в действительности участвуют по указанной выше причине не все, так что и в такого рода демократии неизбежно властвует закон. Четвертый вид демократии - тот, который по времени образования в государствах следует за предыдущими. 5. Вследствие увеличения государств по сравнению с начальными временами и вследствие того, что появилось изобилие доходов, в государственном управлении принимают участие все, опираясь на превосходство народной массы, благодаря возможности и для неимущих пользоваться досугом, получая вознаграждение. И такого рода народная масса особенно пользуется досугом; забота о своих собственных делах нисколько не служит при этом препятствием, тогда как богатым именно эта забота и мешает, так что они очень часто не присутствуют на народных собраниях и судебных разбирательствах. Отсюда и происходит то, что в государственном управлении верховная власть принадлежит массе неимущих, а не законам. Вот сколько видов демократии и каковы они вследствие указанных неизбежных обстоятельств.
6. Виды олигархии следующие. Первый вид - когда собственность, не слишком большая, а умеренная, находится в руках большинства; собственники в силу этого имеют возможность принимать участие в государственном управлении; а поскольку число таких людей велико, то верховная власть неизбежно находится в руках не людей, но закона. Ведь в той мере, в какой они далеки от монархии, - если их собственность не столь значительна, чтобы они могли, не имея забот, пользоваться досугом, и ни столь ничтожна, чтобы они нуждались в содержа-

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 119

нии от государства, - они неизбежно будут требовать, чтобы у них господствовал закон, а не они сами. 7. Второй вид олигархии: число людей, обладающих собственностью, меньше числа людей при первом виде олигархии, но самый размер собственности больше; имея большую силу, эти собственники предъявляют и больше требований; поэтому они сами избирают из числа остальных граждан тех, кто допускается к управлению; но вследствие того, что они не настолько еще сильны, чтобы управлять без закона, они устанавливают подходящий для них закон. 8. Если положение становится более напряженным в том отношении, что число собственников становится меньше, а самая собственность больше, то получается третий вид олигархии - все должности сосредоточиваются в руках собственников, причем закон повелевает, чтобы после их смерти сыновья наследовали им в должностях. Когда же собственность их разрастается до огромных размеров и они приобретают себе массу сторонников, то получается династия, близкая к монархии, и тогда властителями становятся люди, а не закон - это и есть четвертый вид олигархии, соответствующий крайнему виду демократии.
9. Кроме демократии и олигархии есть еще два вида государственного устройства. [...] Эти четыре вида суть: монархия, олигархия, демократия и так называемая аристократия. Пятый вид государственного устройства носит название, служащее обозначением государственного устройства вообще, - его называют просто политией. Этот вид встречается не часто, поэтому его и упускают из виду те, кто ставит своей задачей перечисление отдельных видов государственного устройства; в своем перечислении они, как и Платон, ограничиваются только четырьмя видами.
10. Аристократией с полным основанием можно назвать тот вид государственного устройства, о котором речь шла в предыдущем рассуждении. Именно: аристократией, по справедливости, можно признавать только тот вид государственного устройства, когда управляют мужи, безусловно наилучшие с точки зрения добродетели, а не те, кто доблестен при некоторых предпосылках; ведь только при этом виде государственного устройства хороший муж и хороший гражданин - одно и то же, тогда как при остальных хорошими бывают применительно к данному государственному строю. Однако существуют некоторые виды государственного устройства, отличающиеся от олигархических и от так называемой политии и именуемые аристократическими. Это такие виды, при которых избрание на должности обусловливается не только богатством, но и высокими нравственными качествами. 11. Такой вид

120 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

государственного устройства отличается от обоих и носит имя аристократии. Ибо и в тех государствах, которые вообще не предъявляют особенных требований к добродетели граждан, встречаются все-таки люди, пользующиеся доброй славой и слывущие людьми порядочными.
[...]
VI 1. Нам остается сказать еще о так называемой политии и о тирании. Политию мы отнесли сюда, хотя она, равно как и только что упомянутые разновидности аристократии, не является отклонением. [...]
2. Сущность ее станет более ясной, после того как определен характер олигархии и демократии. Говоря попросту, полития является как бы смешением олигархии и демократии. Те виды государственного строя, которые имеют уклон в сторону демократии, обычно называются политиями, а те, которые склоняются скорее в сторону олигархии, обыкновенно именуются аристократиями, потому что люди, имеющие больший имущественный достаток, чаще всего бывают и более образованными, и более благородного происхождения. [...]
IX 1. Какой же вид государственного устройства наилучший? [...]
3. [...] В каждом государстве есть три части: очень состоятельные, крайне неимущие и третьи, стоящие посредине между теми и другими. (...]Люди первого типа становятся по преимуществу наглецами и крупными мерзавцами. Люди второго типа часто делаются злодеями и мелкими мерзавцами. А из преступлений одни совершаются из-за наглости, другие - вследствие подлости. Сверх того, люди обоих этих типов не уклоняются от власти, но ревностно стремятся к ней, а ведь и то и другое приносит государствам вред.
8. Итак, ясно, что наилучшее государственного общение - то, которое достигается посредством средних, и те государства имеют хороший строй, где средние представлены в большем количестве, где они - в лучшем случае - сильнее обеих крайностей или по крайней мере каждой из них в отдельности. Соединившись с той или другой крайностью, они обеспечивают равновесие и препятствуют перевесу противников. Поэтому величайшим благополучием для государства является то, чтобы его граждане обладали собственностью средней, но достаточной; а в тех случаях, когда одни владеют слишком многим, другие же ничего не имеют, возникает либо крайняя демократия, либо олигархия в чистом виде, либо тирания, именно под влиянием противоположных крайностей. Ведь тирания образуется как из чрезвычайно распущенной демократии, так и из олигархии, значительно реже - из средних видов государственного строя. [...] |

Глава 2. ИДЕЙНЫЕ ИСТОКИ ПОЛИТОЛОГИИ 121

разом мыслимо объединение демократии и аристократии: стало бы возможным и для знати, и для народной массы иметь то" чего и та и другая для себя желает. Ведь, с одной стороны, допустить всех к правлению - правило демократическое, с другой - занятие должностей знатными - правило аристократическое; а это будет в том случае, когда нельзя будет наживаться, занимая должности. [...]
14. Тремя качествами должны обладать те, кто намерен занимать высшие должности: во-первых, сочувствовать существующему государственному строю; затем, иметь большие способности к выполнению обязанностей, сопряженных с должностью; в-третьих, отличаться добродетелью и справедливостью, соответствующими каждому виду государственного строя. [...]
20. Но самое важное из всех указанных нами способствующих сохранению государственного строя средств, которым ныне все пренебрегают, - это воспитание в духе соответствующего государственного строя. Никакой пользы не принесут самые полезные законы, единогласно одобренные всеми причастными к управлению государством, если граждане не будут приучены к государственному порядку и в духе его воспитаны, а именно если законы государства демократические - и духе демократии, если олигархические - в духе олигархии; ведь если недисциплинирован один, недисциплинированно и все государство.
VIII 6. Царь должен наблюдать за тем, чтобы владеющие собственностью не терпели никаких обид, а народ ни в чем не терпел оскорблений. Тиран же, как неоднократно указывалось, не обращает никакого понимания на общественные интересы, разве что ради собственной выгоды. Цель тирана - приятное, цель царя - прекрасное. Поэтому тиран видит свое преимущество в том, чтобы приумножить свои средства; царь же главным образом в приумножении чести. [...]
IX 8. Все то, что мы до сих пор рассмотрели, можно, коротко говоря, гнести к трем пунктам. Именно, тиран стремится к трем целям: во-первых, вселить малодушие в своих подданных, так как человек малодушный не станет составлять против него заговоры; во-вторых, поселить взаимное недоверие - тирания может пасть только тогда, когда некоторые граждане будут доверять друг другу, поэтому тираны - враги порядочных людей, как опасных для их власти, и не только потому, что эти люди не выносят деспотической власти, но и потому, что они пользуются доверием как в своей среде, так и среди других и не станут заниматься доносами ни на своих, ни на чужих; в-третьих, лишить людей политической энергии: никто не решится на невозможное, значит, и на низ-

124 Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ТЕОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

XII 1. [...] Благо при всех обстоятельствах зависит от соблюдения двух условий: одно из них - правильное установление задачи и конечной цели всякого рода деятельности, второе - отыскание всякого рода средств, ведущих к конечной цели. Может случиться, что оба этих требования будут противоречить друг другу, и может случиться, что они будут совпадать, ведь иногда цель определена прекрасно, но совершаются ошибки в средствах, ведущих к ее достижению; в другой раз имеются все средства, ведущие к достижению цели, но сама цель поставлена плохо. [...]

Печатается по: Аристотель. Сочинения: В 4 т. М., 1983. Т. 4. С.376-378, 380, 381, 383, 386, 398, 410, 418, 422-424, 444, 445, 449, 452, 455, 457-459, 461 -464, 466, 470, 476, 477, 479, 481, 483, 484, 488, 489, 491, 492, 495-502, 506-508, 511, 527-529, 533, 535, 536, 542, 543, 547, 548, 551, 553, 561, 562, 591, 596, 597, 603, 612.
Ваш комментарий о книге
Обратно в раздел Политология

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
библиотека хрестоматия политология

# data[].attributes.attachment_link.title
библиотека Гумер - Политология. АРИСТОТЕЛЬ. Политика

# data[].attributes.attachment_link.description
Ваш комментарий о книге К н и г а п е р в а я (А) I. 1. Поскольку, как мы видим, всякое государство представляет собой своего рода общение, всякое же общение организуется ради какого-либо блага (ведь всякая деятельность имеет в виду предполагаемое благо), то, очевидно, все общения стремятся к тому или иному благу, причем больше других и к высшему из всех благ стремится то общение, которое является наиболее важным из всех и обнимает собой все остальные общения.

# data[].attributes.attachment_link.title
Социальный конфликт в теории К. Маркса (1)

# data[].attributes.body
https://padlet.com/assemmakish/av0bhnmjvvu3zia7

# data[].attributes.headline
Карл Маркс. Конфликтологическая теория

# data[].attributes.subject
Карл Маркс. Конфликтологическая теория

# data[].attributes.headline
Конфликтологическая теория Т.Гоббса

# data[].attributes.subject
Конфликтологическая теория Т.Гоббса

# data[].attributes.headline
Анализ Политического конфликта - Карабахский конфликт

# data[].attributes.subject
Анализ Политического конфликта - Карабахский конфликт

# data[].attributes.attachment_caption
Сравнительный анализ политических конфликтов - Нагорный Карабах

# data[].attributes.headline
Анализ политического конфликта- Война в Сирии

# data[].attributes.subject
Анализ политического конфликта- Война в Сирии

# data[].attributes.attachment_caption
Анализ конфликтов - Война в Сирии

# data[].attributes.headline
Политические теории конфликта XX века

# data[].attributes.subject
Политические теории конфликта XX века

# data[].attributes.attachment_link.title
Теории конфликтов