# data[].attributes.body
"Обречённые" - очерк из жизни рабочих на белильных заводах, пржил зиму рабочим-кубовщиком
- Ходынка ("праздник над трупами начался")
- пожар на фабрике Морозова (перестройка казарм рабочих)
- крушение поезда под Орлом
- "Нитки" о взяточничестве по поставке одежд для войск во время японской войны

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
экономические новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
деловые новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости финансов

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости бизнеса

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
санкт-петербург

# data[].attributes.attachment_link.title
Небольшой фестиваль. Как устроен бизнес родственников главы Калининского района Василия Пониделко

# data[].attributes.attachment_link.description
Пока глава Калининского района Василий Пониделко борется с нелегальной торговлей, ее операторами выступают бизнес-партнеры его семьи, а среди арендаторов торговых точек оказались его близкие родственники. Кроме того, в портфеле активов семьи Пониделко обнаружилась крупная сеть платежных терминалов.

# data[].attributes.attachment_link.title
Я Расследователь

# data[].attributes.headline
Поиск тендеров

# data[].attributes.subject
Поиск тендеров

# data[].attributes.attachment_link.title
Сайт госзакупок и тендеров ИСТ-Бюджет - бесплатная система поиска тендеров и госзакупок

# data[].attributes.attachment_link.description
Официальный сайт госзакупок и тендеров IST-budget. Мы поможем вам получить госзаказ во время проведения тендеров 2012-2016 гг.

# data[].attributes.headline
Федеральная налоговая служба

# data[].attributes.subject
Федеральная налоговая служба

# data[].attributes.attachment_link.title
Предоставление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде

# data[].attributes.attachment_link.description
Предоставление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Весь компромат. Главные скандалы. 12.02.2018

FLB: Бизнес Евстафьева рухнул вместе с АН-148./Дерипаска против Рыбки./Амана Тулеева вызывали на допрос./Сахалинскому губернатору дали 13 лет./Министр сельского хозяйства Забайкалья заработал на засухе

# data[].attributes.attachment_link.title
Новости сегодня: FLB.ru - Агентство Федеральных Расследований. Новости дня: борьба с коррупцией в России, расследования. Фото.

# data[].attributes.attachment_link.description
Весь компромат. Главные скандалы. 12.02.2018 FLB: Бизнес Евстафьева рухнул вместе с АН-148./Дерипаска против Рыбки./Амана Тулеева вызывали на допрос./Сахалинскому губернатору дали 13 лет./Министр сельского хозяйства Забайкалья заработал на засухе

# data[].attributes.headline
Активность аккаунта 

# data[].attributes.subject
Активность аккаунта 

# data[].attributes.attachment_link.title
Статистика онлайна вконтакте

# data[].attributes.headline
Анализ Twitter-аккаунта в виде схемы связей 

# data[].attributes.subject
Анализ Twitter-аккаунта в виде схемы связей 

# data[].attributes.body
кого чаще всего ретвитит, какие хештеги использует

# data[].attributes.attachment_link.description
Mentionmapp makes discovering Twitter's great stuff easier. People, places, events, conversations; see the connections. Discover who you're missing, and what you're missing out on. It's simple. It's insightful, and it's free.

# data[].attributes.headline
активность в социальных сетях

# data[].attributes.subject
активность в социальных сетях

# data[].attributes.headline
Поиск аккаунтов пользователя 

# data[].attributes.subject
Поиск аккаунтов пользователя 

# data[].attributes.body
вбиваем email или никнейм, получаем список профилей в соцсетях

# data[].attributes.attachment_link.title
Pipl | The world’s #1 source for digital identity and trust data

# data[].attributes.attachment_link.description
Pipl is a provider of identity solutions. We aim to provide the best identity information to organizations in order to ensure that trustworthy people can be trusted.

# data[].attributes.headline
Проверка контрагентов

# data[].attributes.subject
Проверка контрагентов

# data[].attributes.body
http://www.skrin.ru/
https://integrum.ru/
https://focus.kontur.ru/
http://www.kartoteka.ru/

# data[].attributes.attachment_link.title
СПАРК - Проверка контрагента. Проверить сведения о контрагенте (организации) по ИНН, анализ рынка в системе СПАРК-Интерфакс

# data[].attributes.attachment_link.description
✓ Проверка контрагента в системе ★СПАРК★ - получите актуальные и полные сведения о контрагенте онлайн. ➤ Прояви должную осмотрительность и оцени риски по 40 факторам. ⤇ Бесплатный доступ на 5 дней, звоните ☎ +7 (495) 787-43-43

# data[].attributes.headline
служба судебных приставов 

# data[].attributes.subject
служба судебных приставов 

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
федеральная служба судебных приставов

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
официальный сайт

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
главная страница

# data[].attributes.attachment_link.title
Федеральная служба судебных приставов

# data[].attributes.attachment_link.description
Официальный сайт Федеральной службы судебных приставов

# data[].attributes.headline
Декларации о доходах и имуществе публичных должностных лиц

# data[].attributes.subject
Декларации о доходах и имуществе публичных должностных лиц

# data[].attributes.body
расскажите о самых красивых депутатских машинах

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
доходы чиновников

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
декларации о доходах

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
декларации чиновников

# data[].attributes.attachment_link.title
Декларатор.org

# data[].attributes.attachment_link.description
Декларатор - это постоянно пополняемая база деклараций о доходах и имуществе публичных должностных лиц: депутатов, чиновников, судей, представителей региональной и муниципальной власти, иных органов, госкорпораций и госкомпанией

# data[].attributes.headline
Электронное правосудие. Картотека арбитражных дел 

# data[].attributes.subject
Электронное правосудие. Картотека арбитражных дел 

# data[].attributes.attachment_link.title
КАД - мобильная версия

# data[].attributes.attachment_link.title
Павшие во Второй мировой войне

# data[].attributes.attachment_link.description
ИНТЕРАКТИВ. ОПЛАТИТЬ БИЛЕТ: http://fallen.io "Павшие во Второй мировой войне" - интерактивный документальный фильм о цене, заплаченной за эту войну жизнями людей, и о снижении числа жертв в конфликтах после Второй мировой. Пятнадцатиминутная визуализация данных в формате кинематографического повествования с новым драматизмом открывает зрителям этот поворотный момент мировой истории.

# data[].attributes.attachment_link.description
A guide to online search and research techniques for using UGC and open source information in investigations

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Проект Госзатраты размещает информацию, полученную исключительно из официальных источников.

Редакция Госзатрат не несет ответственности за публикацию неточных, неполных или неверных данных о юридических лицах, а также за раскрытие персональных данных физических лиц в случаях, если такие данные опубликованы на официальных источниках.

Запросы на исправление таких данных на сайте Госзатрат принимаются исключительно через форму "Напишите нам!" и рассматриваются не менее 5 рабочих дней.

# data[].attributes.attachment_link.title
ГосЗатраты - Общественный мониторинг госзакупок в Рф

# data[].attributes.attachment_link.description
Автоматизированный мониторинг и аналитика по заключенным госконтрактам - инструменты для общественного анализа, выявления злоупотреблений, борьбы с коррупцией и неэффективным расходованием государственных средств.

# data[].attributes.attachment_link.title
Главная Портал Закупок

# data[].attributes.attachment_link.description
Официальный сайт единой информационной системы в сфере закупок 44 ФЗ и 223 ФЗ

# data[].attributes.headline
Сколько освежителей воздуха

# data[].attributes.subject
Сколько освежителей воздуха

# data[].attributes.body
заказал в мае 2017 года Комитет по развитию транспортной инфраструктуры Петербурга?

Узнайте судьбу научно-издательского проекта "А.А. Собчак. Собрание сочинений"

А что случилось с проектом общественной организации "Научно-методический центр по проблемам сельской молодежи под названием "Любовь к России через знания"

получила ли грант Санкт-Петербургская общественная организация "Служба социально-юридической помощи пострадавшим от насилия" на проект "Профилактика сексуального насилия в отношении детей в Российской Федерации: профессиональные принципы и стратегии для преодоления этических и операционных противоречий"

реализовала ли региональная общественная организация социальных проектов в сфере благополучия населения "Стеллит"  проект "Усиление роли общества в противодействии коммерческой сексуальной эксплуатации детей"?

найдите меню и ценник оздоровительного комплекса (объединенный дом отдыха) "Шереметьевский"

# data[].attributes.attachment_link.description
Онлайн-журнал о коррупции

# data[].attributes.attachment_link.title
5 правил расследователя

# data[].attributes.attachment_link.description
В журналистике существуют ценности, которые вряд ли когда-либо потеряют свою важность, несмотря на бурные изменения в медиа. Это и основные этические принципы, навыки медиаспециалиста, его талант. Как бы ни менялась сфера массовых коммуникаций, если автор какого-либо сообщения не умеет его хорошо написать (снять, срежиссировать и т.

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
московская область

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
войны и вооруженные конфликты

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
стихийные бедствия

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
убийства и покушения

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
дети и подростки

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
экономика и бизнес

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
знаменитости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
трамп дональд

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
юмор и сатира

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
землетрясения

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
исламское государство

# data[].attributes.attachment_link.description
Нереальный генплан: во время обсуждения будущего Петербурга в Мариинском дворце эксперты усомнились в предложенных Смольным перспективах. Азбука долгостроя: жители поселка Щеглово...

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
дети и подростки

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
ленинградская область

# data[].attributes.attachment_link.title
В Ленобласти чиновники пытаются лишить бабушку опеки над внучкой

# data[].attributes.attachment_link.description
Во Всеволожском городском суде слушается дело об опекунстве над семилетней девочкой. Чиновники хотят передать право воспитания ребенка от бабушки к отцу, в третий раз отсидевшему в тюрьме за хранение наркотиков. На чьей стороне справедливость и каково мнение каждого из участников этого процесса?

# data[].attributes.headline
ТЕМА: катастрофы, ЧП

# data[].attributes.subject
ТЕМА: катастрофы, ЧП

# data[].attributes.attachment_link.title
Год после Синая: что изменила трагедия в небе над Египтом

# data[].attributes.attachment_link.description
Прошел год со дня самой большой авиакатастрофы в истории России: крушение самолета, летевшего из Шарм-эш-Шейха в Петербург, унесло жизни 224 человек. Авиасообщение с Египтом так и не восстановлено. В списке топ-стран по посещаемости российскими туристами этого государства больше нет. И, несмотря на это, как и прежде, каждый четвертый турист в Египте - россиянин.

# data[].attributes.headline
ТЕМЫ: армия, война; экология; социалка (здравоохранение); ЖКХ, коммунальное хозяйство

# data[].attributes.subject
ТЕМЫ: армия, война; экология; социалка (здравоохранение); ЖКХ, коммунальное хозяйство

# data[].attributes.attachment_link.title
Обвинить нельзя оправдать

# data[].attributes.headline
Началом расследования могут стать: события; происшествия;   собственные наблюдения и предположения;    материалы СМИ; документы; заявления официальных лиц, пресс-релизы; слухи; сообщения от источника информации

# data[].attributes.subject
Началом расследования могут стать: события; происшествия;   собственные наблюдения и предположения;    материалы СМИ; документы; заявления официальных лиц, пресс-релизы; слухи; сообщения от источника информации

# data[].attributes.headline
1) следите за событиями

# data[].attributes.subject
1) следите за событиями

# data[].attributes.attachment_link.description
SCOOP Russia - проекта Датской ассоциации журналистов-расследователей и International Media Support - попытался разобраться, почему арена к Чемпионату мира по футболу-2018 до сих пор не построена. Редакция благодарит за помощь в проведении расследования депутата Законодательного собрания Петербурга Бориса Вишневского, аудитора Контрольно-счётной палаты Петербурга Юрия Илларионова и заместителя генерального директора "Трансперенси Интернешнл - Россия" Илью Шуманова.

# data[].attributes.headline
2) следите за СМИ

# data[].attributes.subject
2) следите за СМИ

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
В начале августа 2016 года, воодушевившись недавно прошедшим в фейсбуке флешмобом #янебоюсьсказать, 29-летняя Татьяна М., работающая продавщицей в крупном магазине электроники в Петербурге, впервые за десять с половиной лет приехала в родной Котлас - районный центр в Архангельской области, где расположен важный транспортный узел Северной железной дороги. На вокзале ее никто не встречал. Поезд прибывал рано. Город спал.

Дорога от вокзала до родительского дома занимала пешком минут 30-35. Татьяна шагала по пустым улицам и думала о том, изменился ли ее родной город и люди, рядом с которыми она взрослела. Она надеялась, что дома ей будут рады.

Свою фамилию Татьяна обещала предать огласке только в том случае, если эта поездка изменит что-то в ее отношениях с земляками, соседями, а главное - с собственной матерью.

Вечер в Котласе

"Я уезжала, а они плевали мне вслед, - рассказывает Татьяна - Сукой называли. Некоторые - шлюхой. Ну и еще говорили, что это потому, что В. не на мне женился, а на матери. В правду никто верить не хотел. Правды только я хотела. И еще мне помогла Алена".

Алена стала свидетельницей в деле, по которому Татьяна проходила потерпевшей десять с половиной лет назад, - в деле об изнасиловании девушки ее отчимом. Летом 2004 года мама Татьяны ненадолго уехала по делам в область, а Алена пришла к Татьяне в гости. Они сидели и болтали на балконе, когда домой вернулся отчим Татьяны - мужчина был старше приемной дочери на десять лет и на столько же моложе ее матери. Втроем они выпили. Спасло Татьяну то, что подруга осталась у них ночевать, - Алена прибежала на крики и вызвала милицию. Приехавший наряд обнаружил связанного девушками "для безопасности" В., рыдающую жертву и Алену, которая пыталась привести в чувство подругу. Вместе они поехали в отделение.

"Можно без подробностей?" - спрашивает Татьяна. Подробности она рассказывала летом и осенью 2004-го, а потом зимой и весной 2005-го самым разным людям: участковому, его напарнику, начальнику отделения, следователю из областной прокуратуры, судмедэксперту, психологу, адвокату. Еще была очная ставка с В., следственный эксперимент и суд.

"Если женщина идет на то, чтобы [попытаться] наказать насильника, ей предстоит рассказать в мельчайших подробностях о том, что произошло, от пяти до семи раз. Может, и больше - зависит от того, как будет настроен правоприменитель", - говорит адвокат Мари Давтян, одна из немногих в России юристов, профессионально занимающихся помощью жертвам насилия. Факты, изложенные в этих рассказах, должны соответствовать тому, как преступление определяет закон. В 131-й статье Уголовного кодекса изнасилование описано как "половое сношение с физическим насилием или угрозой его применения <...> либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей". В европейской и американской юридических практиках изнасилованием признается секс в отсутствии согласия. Но категория "согласие" в российском законе не упомянуто вовсе. "Согласие - слишком тонкая материя для российского УК, - объясняет Давтян, - про насилие уже больше понятно: ушибы, ссадины, синяки или даже кое-что похуже". Именно поэтому, считает юрист, до следователей чаще доходят дела, отягченные разбоем, грабежом, нанесением телесных повреждений или даже покушением на убийство.

Никаких подобных отягощений в истории Татьяны не было - только тот факт, что нетрезвый отчим попытался заняться сексом с девушкой вопреки ее воле. Это, впрочем, не делало необходимость пересказывать подробности той ночи незнакомым людям менее неприятной - тем более что в городке с 60-тысячным населением быстро выяснилось, что незнакомый - не значит чужой. Участковый оказался одноклассником отчима; начальник отделения - мужем его двоюродной сестры, а в судебно-медицинской экспертизе работала родственница крестного мужчины.

"Уже в конце следующего дня о том, что со мной произошло, знали все, - вспоминает Татьяна. - И все меня презирали".

О своем решении заявить в полицию она, впрочем, не жалеет. По словам Татьяны, В. уже давно к ней "подкатывал" и просто ждал удобного случая. "Не могу сказать, что я сразу сформулировала эту мысль четко, но что-то мне подсказывало, что мое молчание всех нас погубило бы, - говорит девушка. - Все это могло повториться, но кончилось бы еще хуже".

"В маленьких городах доказать что бы то ни было почти невозможно: там все всех знают. И вот это „сама виновата" плюс привычка не выносить сор из избы делают сам факт возбуждения уголовного дела по факту изнасилования почти невозможным", - объясняет Ольга Юркова, руководитель центра помощи жертвам сексуального насилия " Сестры ", который существует уже больше 20 лет. Главный инструмент работы центра - телефон доверия, куда могут звонить женщины, которым плохо. Им предоставляется полная конфиденциальность: не спрашивают ни имени, ни контактов - просто выслушивают звонящую и, если та просит, советуют ей, куда обратиться за психологической или юридической помощью. Даже физический адрес центра держится в тайне - его не разглашают из-за угроз, которые часто поступают со стороны насильников. Впрочем, не сохраняя никаких данных о конкретных женщинах, "Сестры" все же ведут внутреннюю статистику. Согласно ей, только 12% женщин, переживших насилие, обращаются в правоохранительные органы. А из тех дел, которые все же заводятся, только 5% доходит до суда.

Высокопоставленный представитель Следственного комитета объяснил "Медузе", что никакого злого умысла в работе системы нет. "Вы поймите: нет такого специального отдела, который отвечал бы за изнасилования. Ими занимается любой следователь, который работает по особо тяжким. А там и убийства, и грабежи, и насилия. Конечно, к этим женщинам нужен бы особый подход. Но не всегда на это есть время и человеческие ресурсы", - сказал следователь. ( Поскольку пресс-служба московского СК не ответила на запрос "Медузы" об интервью ни в отведенный на это срок, ни позже, сотрудник ведомства давал интервью на условиях анонимности.)

"В моей практике был случай, когда насильник напал на девушку сзади, ударив по голове тяжелым предметом. Но к моменту приезда полиции она уже пришла в себя, - вспоминает Мари Давтян. - Так полицейские усадили ее в машину и катали по району в надежде, что она опознает насильника - напоминаю, он сзади напал! Возили они ее до тех пор, пока она опять не потеряла сознание. Потом выяснилось, что у нее черепно-мозговая травма. Вообще, если женщина в сознании, стоит на ногах, если нет очевидных следов борьбы - ужасно так говорить, но все, что с ней юридически будет происходить после изнасилования, зависит только от нее самой".

Государственный интерес

В памятке для переживших насилие, которую составил центр "Сестры", написано: "В высохшем состоянии следы спермы и крови на тканях или иных предметах могут сохраняться длительное время. Однако определить наличие спермы в организме можно в считанные сутки после происшедшего. В первые 12 часов из полости рта, в первые трое суток из прямой кишки и первые пять суток из влагалища". Никакой такой памятки Татьяна, разумеется не читала. Рассвет она встретила в отделении милиции: допрос к тому времени длился около трех часов. К началу рабочего дня подъехал следователь из прокуратуры - вместе с ним девушка отправилась в областной центр на судебно-медицинскую экспертизу.

"С женщиной, как правило, говорят мужчины. Они ее опрашивают во всех подробностях. Все это очень неприятно", - говорит основательница "Сестер" Мария Мохова. Представитель Следственного комитета возражает на это, что разговор необходим - как правило, жертва помнит все детали только сразу после случившегося, а для того, чтобы возбудить дело, детали необходимы. По мнению следователя, возбужденное и доведенное до конца уголовное дело - и в интересах государства, и в интересах жертвы: "Если изнасилование - это уголовное преступление, значит государство заинтересовано в наказании насильника. А жертва должна быть заинтересована, потому что это торжество справедливости".

С точки зрения психологии, однако, все несколько сложнее. "Правильно, чтобы насильник понимал, что его действия наказуемы, но, если говорить о терапии травмы, то, насколько он наказан, абсолютно не влияет на реабилитацию жертвы", - говорит действительный член Нидерландского института психологов Светлана Бронникова, в прошлом работавшая в мужской тюрьме в отделении для рецидивистов. В каком-то смысле даже наоборот: допрос, следственный эксперимент, очная ставка - все это способы редраматизации травмы. Жертва словно переживает все случившееся заново - к тому же в присутствии свидетелей, которые ей не то чтобы сочувствуют.

Татьяна два с половиной часа просидела на стуле в коридоре лаборатории судебно-медицинской экспертизы - не пила, не ела, не переодевалась и не мылась. Потом пожилая женщина в потрепанном халате вызвала ее в кабинет. Бросила: "Раздевайтесь". "И стала брать отовсюду анализы: мазки, соскобы. Это было грубо и больно, - вспоминает Татьяна. - Она обращалась со мной так, как будто я сама [с собой] все это и сделала. По-моему, я плакала".

Так называемый rape kit - набор всего, что может понадобиться для тестов при подозрении на изнасилование (формы для документов, баночки для крови, мазки и так далее) - в США и Европе есть у всех, кто может столкнуться с жертвой сексуального преступления: от врачей до полицейских. "Тесты можно провести быстро, не травмируя и без того травмированную женщину, - объясняет Мохова. - Увы, у нас это не так, потому что женщина, заявившая об изнасиловании - потенциально объект недоверия. Ее не берегут и не жалеют. Она будет вынуждена терпеть косые взгляды и слышать что-то из разряда „сама напросилась"".

Татьяна говорит, что ей "повезло" - ее случаем занимался молодой следователь из Архангельска, "который очень старался все делать не так, как у нас привыкли". "В общем-то, он это дело на себе и вытащил. Потому что больше никого на моей стороне не было", - вспоминает девушка.

Когда вечером того долгого, почти бесконечного дня Татьяна возвращалась домой, в квартире горел свет. Она до сих пор вспоминает, как, не доходя несколько шагов до входа в подъезд, подняла голову и посмотрела в окна.

"Я открыла дверь. Мама была дома, - рассказывает Татьяна. - Она подошла и со всей силы влепила мне пощечину. И еще плюнула. И сказала что-то вроде того, что я хочу В. посадить, потому что завидую ее счастью. И что я сама под него легла. В общем, я думала, что все, что произошло той ночью, - ад. Но ад начался потом".

Культура стыда

Считается, что самое трудное для жертвы изнасилования - это удержаться от того, чтобы сразу пойти в душ: чтобы было, что предъявить полиции, доказательства нужно сохранить на себе. В реальности все еще сложнее. "Подав заявление, женщина должна еще удостовериться, что его приняли, - объясняет адвокат Мари Давтян. - То есть получить квиточек со входящим номером заявления. По нему потом надо будет проверять, возбудили дело или нет - и что вообще с ним происходит".

Согласно Уголовному кодексу, преступления, связанные с сексуальным насилием, относятся к делам частно-публичного обвинения - это значит, что дело будет возбуждено, только если заявление потерпевшего формально зарегистрировано. "Женщина должна вначале преодолеть себя и написать заявление. И многие дела теряются именно на этом этапе. Женщина в шоке. Она только что пережила тяжелую историю. И не идет в полицию, чтобы не переживать это снова, - объясняет Юркова, вспоминая случаи из практики „Сестер". - А бывает и так: женщина все же нашла в себе силы прийти, подать заявление, но квиток этот дурацкий взять забыла. Звонит потом в отделение, спрашивает: „Как там мое дело?" А ей говорят: „Какое дело? Никакого дела нет"".

Есть здесь и культурный аспект. "Тут дело еще в том, как рассматривается акт насилия не с юридической точки зрения, а с человеческой - в той среде, где они выросли и живут, - рассуждает Бронникова. - В российской культуре принято полагать, что ответственность за изнасилование лежит на женщине - хотя юридически за преступление всегда несет ответственность насильник. Но у нас акт насилия не считается чем-то драматичным, ужасным, унизительным или каким-то образом поражающим жертву в ее правах. Все, что связано с изнасилованием, у нас стыдно: стыдно быть изнасилованной, стыдно терпеть, стыдно подавать в суд". Мохова соглашается: "Презумпция вины и стыд - главные сдерживающие факторы, с оглядкой на которые женщины не решаются обратиться в правоохранительные органы, не фиксируют сам факт насилия, а значит не помогают найти и наказать виновного".

Татьяна отчетливо помнит ощущение стыда. Мама и отчим то уговорами, то силой пытались заставить ее забрать заявление. В отделении, казалось, нарочно переспрашивали про самые отвратительные подробности. "Общее мнение было такое, что я его посадила из каких-то своих личных побуждений, - вспоминает девушка. - И что я - дрянь".

После суда, на котором В. дали три с половиной года, Татьяна уехала из города. Как-то сама собой разладилась дружба даже с верной подругой Аленой. Мать о том, чтобы общаться с дочерью, которая "донесла на родного человека", и слышать не хотела. В Петербурге, куда девушка переехала из Котласа, она получила образование, нашла работу - и завела социальные сети.

Нигде и никогда за эти десять лет она не рассказывала о том, что с ней случилось дома. Флешмоб #янебоюсьсказать вдохновил девушку на первую за это время поездку домой. Впрочем, написать в соцсетях о своей истории Татьяна не решилась. "Я читала и читала, плакала, представляла, сколько нас таких, и волосы на голове шевелились, - говорит она. - Но писать не стала, духу не хватило". Тем не менее, Татьяна знала, что отчим вышел из тюрьмы. Слышала, что он снова стал жить с ее матерью. И решила, что все вместе они смогут обо всем, случившемся десять лет назад, поговорить.

Именно поэтому ранним августовским утром она стояла под окнами квартиры, в которой родилась, выросла и была изнасилована.

Мужчина с татуировкой дракона

Однажды весной 2014 года успешная женщина Екатерина Романовская, сотрудница консалтинговой фирмы M.Communications, сделавшая себе имя на остроумном политическом твиттере KermlinRussia, в оцепенении стояла у окна своей московской квартиры. Ее парализовал страх: не получалось ни взять телефон, чтобы вызвать помощь, ни подойти к окну, чтобы получше разглядеть причину своего ужаса. У светофора на углу улицы, куда выходило окно ее квартиры, стоял человек, очень походивший на того, кто 13 лет назад в другом городе и при других обстоятельствах за отказ Романовской "познакомиться поближе" едва не лишил ее жизни.

Несмотря на страх, Романовская посчитала, что, раз в 2000-м мужчине дали 13 лет тюрьмы по статье "Покушение на убийство", около года назад он должен был выйти на свободу. Если бы из окна квартиры можно было разглядеть татуировку дракона на груди, Романовская была бы уверена в том, что это он, на сто процентов. Но на улице было холодно - человек был одет в куртку. Два последующих часа женщина не выходила из дома. "Головой я понимала, что, скорее всего, это не он, - вспоминает Романовская. - Но еще понимала, что в том, что 14 лет назад его вообще нашли и посадили, было невероятное везение".

Еще через два года Романовская публично расскажет о том, что с ней случилось. В декабре 2000-го в южном городе, где она выросла, когда она возвращалась из детского сада дочери, к Романовской подошел незнакомый мужчина, попытался завязать разговор, а услышав отказ, напал на нее с ножом, оставив девять глубоких ран по всему телу, включая живот и шею.

Личную историю Романовская использовала для продвижения стартапа по созданию "умного кольца" Nimb, помогающего владельцу быстро сообщить об опасности близким, друзьям и тем, кто может прийти на помощь. Два месяца спустя адвокат Мари Давтян с коллегами объявили о запуске мобильного приложения " Насилию.нет ". Его описание звучит так: "Женщина, на которую нападают, должна нажать только одну тревожную кнопку в телефоне. И сообщения о том, что она в опасности, тут же рассылаются на те мобильные телефоны, которые зарегистрированы в ее профиле - как „те, кого надо немедленно оповестить"".

Создательницы стартапов говорят о том, что совпадение с флешмобом #янебоюсьсказать, случайно - Романовская опубликовала свою историю еще до того, как хэштег был придуман и набрал популярность. Так или иначе, десятки тысяч женщин в России и на Украине, рассказавшие в рамках этого флешмоба о пережитом насилии (официальной статистики нет, поиск по соответствующему хэштегу в фейсбуке дает более 80 тысяч результатов), - аудитория с большим потенциалом для обеих технологий. Как, разумеется, и те, кто рассказывать о своем опыте не захотел - благодаря флешмобу об изнасилованиях чуть ли не впервые заговорили публично не на языке полицейского рапорта, после чего стало понятно, что эта проблема в России абсолютно повсеместна и касается всех социальных страт.

"У этих историй была одна общая черта, - говорит психолог Вита Холмогорова, тренер Российско-Австрийского Института экзистенциально-аналитической психологии и психотерапии - Женщины рассказывали - часто впервые, - что с ними произошло. Но не рассказывали, что было дальше. История, как правило, оканчивалась словами: „я молчала об этом всю жизнь" или „сегодня я впервые рассказала об этом". А ведь в том, как развивались события дальше, как правило, тоже целая драма".

Своя драма была и у Романовской. Первые четыре дня после нападения она находилась в реанимации - а на пятый прямо в отделение интенсивной терапии пришли следователи. "Напугали меня до смерти: не представились, ничего не объяснили, сразу стали задавать вопросы, невзирая на то, что состояние мое не располагало к разговорам: я была на ИВЛ и ничего особо сказать не могла. Но они все время что-то уточняли, переспрашивали - рассказывает Романовская. - Причем я понимаю, что я была, скажем так, в более выигрышном положении, чем обычно находится женщина, проходящая по делу о нападении или по делу об изнасиловании. Мне, можно даже сказать, повезло: меня жалели, все мне страшно сочувствовали. Обычно по-другому".

Местный телеканал показал о случившемся с девушкой сюжет; ее история имела резонанс и стала трагедией для всего местного сообщества - люди, выбежавшие на ее крик из домов, в детстве, как вспоминает Романовская, выносили ей во двор стакан воды или молока. На работу правоохранительных органов все это, впрочем, не слишком повлияло. "Со временем стало ясно, что следствие никуда не движется, - говорит Романовская. - Мне стали намекать, что еще немного времени и дело придется закрыть. Аккуратно, без давления и хамства меня к этому готовили".

Возмездие как необходимость

"Я считаю, что никакого срока давности у преступлений, связанных с насилием, нет и не должно быть", - считает следователь СК РФ по Москве.

В центре "Сестры" помнят, как в отделе, где работает этот оперативник, в течение восьми лет расследовалось дело об изнасиловании девушки курсантами одного из военных учебных заведений страны. Пригласив подруг на выпускной, молодые люди напали на девушку, оставшуюся ночевать. Жертва подала заявление в милицию - но дело забрала себе военная прокуратура, вскоре, впрочем, объявившая, что никакого дела, как и состава преступления, нет. В прокуратуре с этим не согласились - и в итоге довели дело до суда. Все участники того изнасилования получили большие сроки. "Справедливость восторжествовала", - улыбается представитель Следственного комитета, который с тех пор успел превратиться в отдельное ведомство.

То, что с момента изнасилования каждый из курсантов стал взрослым человеком, завел семью и, возможно, изменился, его не смущает. "Преступление было совершено? Было. Преступник должен понести наказание", - говорит он. А Мария Мохова добавляет: "Статистически известно: тот, кто совершил насилие один раз, потом, как правило, повторяет этот опыт, становясь с каждым разом все более жестоким".

"Я вообще ничего больше не чувствую по этому поводу. Ни стыда, ни боли, ни обиды, - говорит 40-летняя Нина ( по ее просьбе имя изменено - прим. „Медузы"), успешный ресторатор, жена и мама двоих детей. - Только одно осталось: не могу слушать несколько песен, которые, впрочем, сейчас уже не так часто крутят по радио".

23 года назад Нина приехала учиться в Москву из южного города. Ей недавно исполнилось 17, позади были провинциальные романы, впереди, как она надеялась, большое столичное будущее. Однажды вечером они поужинали с подругой в кафе и стали впервые в жизни ловить машину на Садовом кольце: "Была ранняя весна. Я как раз подумала: вот она новая жизнь, я почти москвичка, я ловлю такси". В остановившейся попутке сидели трое молодых людей. "Веселые, приятные, такие... богемные, что ли", - вспоминает Нина. Молодые люди предложили девушкам продолжить вечер и выпить вместе шампанского, которое тут же было приобретено в одной из палаток на Трехпрудном (дело было сильно до нынешнего московского благоустройства). Нина не ориентировалась в Москве, но чудом запомнила улицу, на которую приехала машина ее новых знакомых. К шампанскому прибавилась марихуана. "А потом один из них ушел с К. (подругой Нины) в соседнюю комнату. А другой остался со мной. И так спокойно сказал: „Раздевайся". А я стояла и ничего не могла понять. Мне казалось страшно знакомым его лицо. Но вспомнить, откуда я его знаю, не получалось". Знакомый незнакомец встряхнул Нину. Она попыталась сказать, что не рассчитывала на такое продолжение вечера. "Но слушать меня никто не стал. Он сказал: „Любишь кататься, люби и саночки возить". Когда все кончилось, я выбежала на лестничную клетку полуголая, с вещами в руках".

В съемную квартиру Нине пришлось ехать через всю Москву. Все это время, по ее словам, она безостановочно рыдала. "Водитель даже не поинтересовался, что со мной. Я приехала, рыдала дома еще несколько часов. А потом позвонила знакомым брата. У него были очень серьезные знакомые".

К этому моменту Нина вспомнила, где она видела человека, который ее изнасиловал: музыкальные клипы с его участием умеренно ротировались на одном из первых российских телеканалов. "Если говорить языком 1990-х, я его заказала. Еще специально уточнила, что надо бить его по яйцам. Через некоторое время мне привезли фотографии. На них было видно, что ему больно, - вспоминает Нина. - Больше эта история ко мне не возвращалась. Но из Москвы я уехала".

Единственное, что напоминало Нине о пережитом, - клипы с участием "того самого" человека. Впрочем, их показывали по телевизору все реже и реже. "А потом что-то случилось, и его звезда вновь взошла. Я увидела его на экране. И меня затошнило. Прямо физически, - рассказывает женщина. - Рядом сидел муж. Дети спали в соседней комнате. И я поняла, что моя история не кончилась". Так Нина узнала о телефоне доверия центра "Сестры". Психолог, рекомендованный центром, до сих пор иногда с ней созванивается.

Во флешмобе #янебоюсьсказать Нина не участвовала. "Я не хочу оставлять свидетельства, которые потом смогут найти мои дети, что эта история была в моей жизни. Надеюсь, тому человеку было больно, когда его били. Я отмщена, - говорит она. - А со своими нервами как-нибудь справлюсь. Я не считаю, что такое надо обсуждать со всеми".

Романовская говорит, что о возмездии особенно не думала - "надо было просто выжить и встать на ноги", - но девушку преследовал кошмар, что она не сможет узнать насильника, если еще раз его встретит. Полгода спустя после нападения, на той же дорожке, по которой Романовская водила дочь в детский сад, она увидела мужчину - и узнала его по татуировке на груди. С трудом удержавшись от перехода на бег, она дошла до ближайшего продуктового магазина и попросила сделать телефонный звонок. "Видимо, меня трясло, - вспоминает Романовская.- Продавцы вообще не засомневались, что мне нужна помощь; спросили, что случилось. И вот тогда что-то произошло. Я помню, как лезла через прилавок, опрокидывая коробки с шоколадными батончиками, банки, упаковки чего-то, пытаясь как-то спастись, спрятаться, уберечься. Сейчас понимаю, что это была просто паника". Когда она позвонила в полицию, ее сначала попросили назвать номер дела, а потом - позвонить своему следователю, телефона которого у девушки не было. "Я звонила по всем номерам, которые знала и все время смотрела на дверь. Я даже представить себе не могла, что будет, если он войдет в дверь".

Чудом Романовская вспомнила телефон соседа, большого милицейского начальника. "Он сказал, чтобы я сидела и никуда не выходила, сейчас приедут ребята. Действительно, минут через десять появились двое парней в штатском, - рассказывает она. - Они предложили сесть с ними в машину и поехать его искать. Но я отказалась наотрез и осталась в магазине".

Человека с татуировкой дракона оперативники обнаружили в трех светофорах от магазина, где пряталась Романовская. Когда его арестовали, он пытался отрицать вину - но татуировка фигурировала еще в первых показаниях девушки, а позже у него нашли одежду со следами крови жертвы. Уже на суде выяснилось, что родная сестра преступника была ученицей в школе отца Романовской. Все всех знали: мир тесен.

Презумпция согласия

Наталье 43 года ( имя изменено по просьбе героини - прим. "Медузы"). Она работает бухгалтером в небольшой строительной компании в городе-миллионнике в центре России. Личная жизнь - "как у всех": в институте вышла замуж, родила ребенка. Когда дочь выросла и поступила в институт, Наталья решила, что пора подумать и о себе. Зимой 2015-го познакомилась с "интересным" мужчиной. Вместе сходили в театр, потом в ресторан. 8 марта новый знакомый Натальи предложил отметить в гостях у друга: "Он тоже будет с девушкой". "Мне вся эта история казалась серьезной, - говорит Наталья. - Я даже позволила себе мечтать о каком-то будущем у этих отношений". Она купила новое платье, сходила в косметический салон, взяла с собой туфли на каблуке.

От напитков, закусок и разговоров за праздничным столом вскоре перешли к танцам. "Потом мужчины погасили свет и зажгли свечи, - рассказывает Наталья. - А потом его друг с девушкой куда-то делись, мы остались одни - и он перешел в наступление". Не то чтобы такой поворот дела был для женщины неожиданным. "Просто я как-то иначе себе это представляла, - говорит она. - Я не была готова. Мне требовалось время". Все это Наталья попыталась объяснить своему знакомому. Но в ответ услышала: "Что ты ломаешься как целка?" Мужчина продолжил действовать с еще большим напором. "Ну что мне было - кричать? Полицию звать? Мне 40 с лишним лет. Скажут: „Ты понимала, куда шла". И, наверное, да, понимала. Но верила, что бывает иначе".

Прорыдав дома все выходные, Наталья все же обратилась в полицию. Заявление в отделении хоть и неохотно, но взяли. Спустя неделю, однако, выяснилось, что оно куда-то исчезло. Тогда Наталья написала новое. История повторилась. С третьего раза заявление все же приняли к рассмотрению. "Но следователь сказал: „Смотрите, как бы у вас не начались проблемы"", - говорит женщина. Так выяснилось, что интересный мужчина сам работает в полиции. Следствие по этому делу то возобновляется, то начинается заново уже больше года. Несколько раз Наталье прямым текстом говорили, что никаких шансов дойти до суда у ее дела нет: она сама пришла в гости, сама осталась, ее никто не бил и видимым - для следствия - образом ни к чему не принуждал.

"Это логический скачок, который почти всегда совершают в России те, кто по роду службы должен расследовать дела о насилии, - считает психолог Светлана Бронникова. - Факт согласия принципиален: если его нет, это насилие. Но в российской правовой и социальной практике согласие - это какая-то очень умозрительная вещь, на него не принято оглядываться".

По словам адвоката Мари Давтян, большинство дел об изнасиловании не доходят до суда именно потому, что тема согласия не обсуждается вовсе. "Зачастую правоохранительные органы „не видят" изнасилования, - говорит юрист. - Нам остается долго и упорно обжаловать их бездействие в прокуратуру или суд. А с недавнего времени суд не вправе указывать следствию, что ему делать, какие следственные действия проводить, как квалифицировать деяние. Это может сделать только прокурор. Но рассмотрение жалоб прокурором осложнено тем, что мы [адвокаты] лично в нем не участвуем, а затем не имеем права знакомиться с теми указаниями, которые дал прокурор. Мы по сути работаем вслепую".

Отдельная проблема - с сексуальным насилием внутри семьи. Летом 2016-го обострились споры о том, считать ли уголовным преступлением физическое насилие в адрес близких родственников (депутат Госдумы Елена Мизулина, например, выступила за декриминализацию такого рода правонарушений). Ситуация секса без согласия в браке российскими правоохранителями вообще исключается. "„Как это изнасиловал, - скажет следователь, - он же твой муж?" - объясняет Мохова. - О том, что даже в браке совершение сексуальных действий без согласия одного из партнеров является насилием, речи не идет. Считается, что женщина говорит „Да" в ЗАГСе. Один раз и на всю жизнь".

Впрочем, чтобы счесть, что женщина сказала "да", свидетельство о браке вовсе не обязательно. Ресторатор Нина, объясняя, почему она пошла к бандитам, а не в полицию, говорит так: "Мое имя было бы во всех газетах. Да если бы и не было, вы представьте: молодая девушка сама садится в машину к посторонним. Шампанское, поездка эта. Ну ведь понятно же, что я „сама виновата". В машину эту, в конце концов, меня никто не сажал".

"Это главное, что мешает заявлениям и расследованиям, - вздыхает Мария Мохова. - У нас все руководствуются принципом „сама виновата": короткая юбка, вызывающий макияж, даже пококетничала в конце концов. Но она не соглашалась на насилие!" Психолог Бронникова подтверждает: степень привлекательности жертвы - важный фактор в том, как дело будет расследоваться и рассматриваться.

"Часто в суде я слышу: а вот во „ВКонтакте" у потерпевшей фотографии в декольте. Или она там обнимается с двумя мужчинами сразу, - рассказывает Давтян. - Считается, что все это имеет какое-то отношение к делу. На самом деле - не имеет. Да хоть голая она стояла, согласия не было! Значит, произошедшее - насилие".

Презумпция согласия - главный камень преткновения всех, кто работает в России с травмами, связанными с насилием. Такого термина нет в Уголовном кодексе, никакими нормами и правилами правоохранительной практики он не описан. А значит, с формальной точки зрения его не существует. И самый простой способ доказать, что насилие действительно было - сопротивляться. "Фактически, сопротивляться - это обязанность жертвы, - говорит Давтян. - Жертва как-то еще должна пострадать, чтобы убедить следствие, что совершено преступление. Именно поэтому первый вопрос, который задает следствие: „Не обокрали ли? Не избили ли?" Как будто всего случившегося самого по себе недостаточно".

Настрой общества по отношению к жертве насилия подтверждает статистика: по данным опроса ВЦИОМ, 44 процента респондентов полагают, что жертва чаще сама виновата или спровоцировала нападение. 46 процентов опрошенных считают, что в случае, если жертва насилия обратится в полицию, там ей окажут квалифицированную помощь; столько же не согласны с этим утверждением.

"С нами ничего на самом деле не случилось: ну так, напугались", - рассказывает Екатерина Зверева. Ей 30 лет, она москвичка, работает в издательстве. Пять лет назад Зверева с подругой отправились отдыхать в Крым. По утрам ходили загорать голыми на дикий пляж. Однажды утром к ним подошли двое мужчин и, угрожая ножом, сообщили, что "сейчас будет секс". "Мы с подругой переглянулись, - вспоминает Екатерина. - И она побежала. А я осталась. Звучит, конечно, очень смешно: одна голая девчонка бежит по пляжу, другая стоит перед двумя одетыми мужиками. Между нами лежал еще арбуз: остужался в воде".

Помощь пришла быстро, и нападавшие мужчины убежали сами. Девушки все равно подали заявление в полицию. "Но там сказали: сами виноваты, голыми загораете. Да и раз ничего не было, то нечего и воду мутить, - рассказывает Зверева. - А на следующий день на повороте на Феодосию эти же мужчины убили девушку. И надругались над ней. Вот тогда-то нас опять стали допрашивать. Но что теперь-то? Я никогда себе этого не прощу. Интересно, а те полицейские, они-то что думают? Они ж могли их остановить. Но у них „не было состава преступления"".

Как указывает Бронникова, нигде в законе не указано, что жертвой насилия может считаться "только юная девственница, которую к тому же еще при этом ограбили и еще избили параллельно". "Но иногда кажется, что следователи исходят именно из этого, - говорит психолог. - И у насильников складывается чувство безнаказанности, которое толкает их на новые преступления".

Социальная вина

В 2005-м журналистка Екатерина Хорикова (Герасичева) опубликовала в "Живом журнале" случившуюся с ней в юности историю. Подруги-старшеклассницы поссорились с родителями и ушли из дома. В поисках ночлега оказались у знакомого знакомых, который, как выяснилось уже поздно ночью, был убежден, что ночевать девочки будут "небезвозмездно". Двери он запер.

Подруга Хориковой осталась, а она сама, пытаясь избежать насилия, тайком выпрыгнула из окна второго этажа и сломала позвоночник. История в ЖЖ заканчилась словами: "Его зовут Андрей Литвинов. Ему около 40 лет". Спустя 11 лет во время флешмоба #янебоюсьсказать Хорикова еще раз разместила ту же запись уже в фейсбуке. Без изменений. Без редактуры. Опять в конце - имя. Разве что возраст изменился. Теперь Андрею Литвинову уже за 50.

За все годы, что прошли с момента инцидента, найти мужчину и привлечь его к ответственности не удалось. "Наверное, не я должна была бы его искать и наказывать, а Лена ( подруга Кати, которая подверглась сексуальному насилию - прим. „Медузы"). Но она не стала. А я сразу после этого лежала в больнице. И мне было страшно и стыдно, - вспоминает Хорикова. - Все, кто ко мне приходил, включая родителей, считали, что мы виноваты. Только они не знали, кого из нас больше обвинить, меня или Лену".

Cейчас Екатерине Хориковой 45 лет, у нее двое детей и внук, до недавнего времени она была владельцем сайта W-O-S. О случившемся, в общем, ничего не напоминает - кроме спины, которую приходится постоянно лечить (в результате того прыжка Хорикова не может стоять на ногах дольше 20 минут и сидеть дольше получаса). "Когда я снова о той истории думаю, то даже мне кажется, черт побери, что мы виноваты, что мы его спровоцировали! То, что произошло, я считаю своей зоной ответственности, - говорит Екатерина. - Но главное, я очень бы хотела с ним встретиться. Я думаю об этом все эти 30 лет". Цель ее поисков, впрочем, - не месть. "Я хотела бы, во-первых, увидеть реальную картинку - постаревшего, наверняка обрюзгшего человека, - чтобы понять, что все это было реальностью, а не мороком, который я себе придумала. А во-вторых, я бы посадила его рядом с собой и спросила, какой была обратная сторона этой картинки. Почему он решил, что имеет на нас право. Вот тогда я, наверное, почувствую эту историю справедливо законченной. Мне правда важно знать".

"С юридической точки зрения жертве нужно, чтобы преступник понес наказание, чтобы восстановилась какая-то человеческая справедливость, - рассуждает психолог Бронникова. - С точки зрения психологической, жертве это не нужно, потому что это значит - опять переживать тяжелый опыт. А вот с точки зрения социальной, свершившееся возмездие, правосудие в нашей стране делает жертву более уязвимой: „А, это та, которая своего в тюрьму засадила". Это клеймо навсегда". Бронникова уверена, большинство жертв насилия молчит и будет молчать именно из-за страха "усугубить ситуацию".

В этом смысле даже десятки тысяч принявших участие во флешмобе #янебоюсьсказать - капля в море по сравнению с населением страны (или даже нескольких стран). Но это, во всяком случае, первая капля. "Я, если честно, была потрясена. У меня 20 лет практики. Среди участниц флешмоба были мои пациентки, - рассказывает психолог Вита Холмогорова. - И вот о том, что они в своей жизни пережили (помимо той проблемы, с которой ко мне пришли) насилие, я узнавала из флешмоба! То есть они вообще не считали это важным, достойным обсуждения, травматическим событием в своей жизни. Эта история всплыла у них только сейчас. Какая-то плотина прорвалась".

Под впечатлением от прочитанного Холмогорова решила обсудить флешмоб с мужем - и обнаружила, что обсуждать нечего. "У него в фейсбуке 400 друзей, немало, да? Но он совершенно из другого круга: он управленец, менеджер. И оказалось, что ни о каком флешмобе он не знал, - говорит психолог. - Получается, что в каком-то другом, находящемся рядом с нами параллельном мире никакая плотина не прорвана. Это значит, что еще очень много чего нам предстоит преодолеть. Ну просто хотя бы для того, чтобы все были в курсе того, о чем речь".

* * *

Августовским утром впервые за десять лет, что прошли с того момента, когда ее отчима признали виновным в изнасиловании, Татьяна М., продавщица из Петербурга, стояла под окнами родного дома в городе Котласе. Глубоко вдохнув, она вошла в квартиру, где когда-то они жили втроем с матерью и насильником.

В кухне горел свет. За столом с бутылкой сидела мать Татьяны. "А, ты, ***** [шлюха], явилась, - сказала она дочери. - Жизнь мне сломала, что еще?"

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
расследование

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
исследование

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
краткий пересказ

# data[].attributes.attachment_link.title
Второе изнасилование: Как российское государство обращается с жертвами сексуальных преступлений. Репортаж Катерины Гордеевой - Meduza

# data[].attributes.attachment_link.description
В июле 2016 года русскоязычные социальные сети взбудоражил начатый украинской активисткой Анастасией Мельниченко флешмоб. Под тегом #янебоюсьсказать сотни женщин открыто писали о том, как они сталкивались с сексуальным или психологическим насилием. Мало кто, впрочем, упоминал о своих попытках заявить об этом насилии в полицию и прибегнуть к помощи правоохранительной системы.

# data[].attributes.headline
3) ищите документы 

# data[].attributes.subject
3) ищите документы 

# data[].attributes.attachment_link.title
Зачем вам деньги, Киса?

# data[].attributes.attachment_link.description
На что государство тратило деньги с 1868 года

# data[].attributes.headline
5) слушайте людей, даже слухи

# data[].attributes.subject
5) слушайте людей, даже слухи

# data[].attributes.attachment_link.provider_name
Новая Газета

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Каждый день глава Центрального района Мария Щербакова (а с недавних пор - кандидат в депутаты Законодательного собрания по 2-му одномандатному округу от "Единой России") заходит в здание администрации на Невском проспекте, 176. Поднимается по лестнице и проходит в свой кабинет, даже не догадываясь, что в это время творится этажом ниже.

Вот уже три года в администрации идет торговля санкционными продуктами. Но Мария Дмитриевна об этом не ведает. По крайней мере, именно так выглядит ситуация, если верить ее словам.

В августе 2016 года исполнилось два года, как Россия ограничила импорт продуктов из-за рубежа. Под запрет попали мясо, колбасы, рыба, овощи, фрукты и молочная продукция. В конце июля 2015 года Владимир Путин подписал указ об уничтожении запретных продуктов. Только с 5 по 22 августа в России раскатали тракторами 173,4 тонны снеди.

Однако сотрудникам администрации Центрального района санкции нипочем. Два раза в неделю, в четверг и пятницу, здесь на первом этаже царит оживление. Из небольшой комнаты рядом со столовой с загадочным видом выходят сотрудники администрации с белыми пакетами. В пакетах - санкционка: сыры и колбасы, привезенные челноками из соседних Финляндии и Эстонии.

Тайная комната

Чтобы попасть в тайную комнату, надо пройти мимо охраны и турникетов прямиком к вывеске "Столовая". Потом спуститься по ступенькам вниз. Когда до столовой администрации останется пара шагов, вы заметите справа потертый плакат с надписью "Финляндия - сказка". На плакате - лапландские олени, а за дверью - потайная комната, где можно достать санкционные продукты.

Кассы нет и в помине - зато есть холодильник, где хранится снедь. Почти все пространство комнаты занимает прилавок и шкафы, уставленные товарами. В основном сыры, колбасы и молочные изделия. Особняком стоят упаковки с финским кофе и промтовары.

Но я - за сыром.

Днем с огнем

- Чего только нет! - доверительно замечает продавщица и приоткрывает холодильник. И правда, на витрине - камамбер и пармезан, бри и дор блю.

200-граммовые бруски дефицита в администрации разбирают по 120-150 рублей. "Эти вонючечки подороже, - говорит продавщица и гордо показывает на кусочки голубого сыра дор блю, - такого не достать!"

Сыры попроще в нарезке весом полкило идут по бросовой цене 300 рублей. Прицениваюсь к пармезану, но в итоге прошу завернуть камамбер и кусочек бри. Покупка оказывается в белом полиэтиленовом пакете. Теперь с чиновниками районной администрации у меня есть общая номенклатурная тайна.

Чека не дают, видимо, пользуясь тем, то налоговая инспекция находится в другом здании.

Половину прилавка занимает мясная продукция, как и сыры - из запретного списка.

- Финская колбаса, сосиски и котлеты, - перечисляет ассортимент продавщица.

В лавочку заходит покупательница - невысокая хрупкая девушка в строгом костюме. Она тоже за сыром. Хлопает дверь холодильника - в белый пакет отправляется упаковка камамбера. Лавочка пользуется популярностью. Чтобы купить заветную снедь, чиновникам иногда даже приходится отстоять пару минут в очереди. Оно и понятно - дефицит! Кроме того, магазин работает всего два раза в неделю - в четверг до 12 часов и в пятницу до двух. В пятницу покупатели приходят закупаться основательно. На моих глазах продавщица загружает пакет упаковками сыров и молочки.

Чиновники приходят волнами - ближе к обеду покупателей становится особенно много. Когда волна отступает, успеваю перекинуться парой слов с продавщицей. Она рассказывает, что в здании администрации магазин существует уже три года, и уверяет, что о существовании лавочки "наверху" знают.

Чье хозяйство?

А вот в самой администрации эту информацию возмущенно опровергают. В комментарии "Новой" заведующая сектором по обслуживанию здания Елена Сербинова заявила:

- Столовая - это не администрация. У нас есть ресторан "Амроц", это их хозяйство".

- То есть к администрации эти помещения не относятся? - уточняю на всякий случай.

- Здание разделено на две половины: одну занимает администрация, и принадлежит она городу, другая половина - в собственности УК "Югра".

- А то, что в столовой администрации санкционными продуктами торгуют, не смущает?

- Площади не наши, комментировать ничего не могу, - заканчивает разговор Елена Сербинова.

По данным СПАРК, администрация действительно не единственный пользователь здания на Невском проспекте, 176. В доме обитают десять компаний, в числе которых и УК "Югра", и ресторан "Амроц", упомянутые Сербиновой. Вот только сидят они в разных частях здания и проходную с администрацией не делят. В отличие от жилищного агентства Центрального района, ТИК № 16 и 30, чьи таблички вывешены у входа в здание администрации.

К слову, в ресторане "Амроц", который имеет отдельный от администрации вход в здание, даже не догадываются о том, что снабжают чиновников санкционкой.

- Нет, это не наше, - решительно заявила администратор "Амроц" Анаид Парадян по поводу потайной комнаты. - У нас ресторан на 500 человек, лавочки никакой нет. А там есть магазин разве? - удивляется она. - Кто там что продает, не знаю.

ООО "УК "Югра", которую в администрации объявили вторым потенциальным держателем лавочки с санкционкой, к делу тоже не относится, хотя контора, несомненно, интересная. ООО учреждено департаментом по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа и занимается сдачей внаем собственного нежилого недвижимого имущества. Только вот в списке офисов на Невском проспекте, 176, нет ни одного помещения, хотя бы отдаленно напоминающего каморку, где торгуют санкционными сырами. Офисы располагаются в другой части здания - и к администрации, похоже, отношения не имеют.

Да и было бы странно, если бы за входом в здание администрации Центрального района, где стоят турникеты и сидит охрана, начинались торговые ряды, организованные управимуществом Ханты-Мансийского автономного округа.

Не знаю - не покупала

Откуда в здании лавка с санкционкой, "Новая" спросила главу администрации Марию Щербакову и получила неожиданный ответ: чиновница повергла сомнению существование не только незаконной торговли, но самой санкционки.

Но даже этот ответ получить оказалось непросто.

Сначала корреспондент "Новой" решила, что проще всего вопрос про камамберы задать Марии Щербаковой на встрече с избирателями. Но в петербургском отделении "Единой России", от которого баллотируется Щербакова, заявили, что про ее предвыборную кампанию сказать ничего не могут, и посоветовали звонить в администрацию Центрального района. Что само по себе странно, так как месяц назад глава Горизбиркома Виктор Панкевич потребовал, чтобы кандидаты в депутаты, состоящие на госслужбе, на время предвыборной кампании ушли в отпуск.

В администрации нам сказали звонить некой Анне Юрьевне, заявив, что она руководитель штаба Щербаковой, и продиктовали номер, который удивительным образом совпал с номером Анны Юрьевны Егоровой: на сайте администрации Центрального района она указана как советник главы района. Та сказала, что никаких встреч с избирателями не предвидится, а если у жителей есть вопросы к ее кандидату, то они могут записаться на прием к Марии Дмитриевне, как к главе района. Ушла ли Мария Дмитриевна в отпуск, как того требует закон, мы так и не поняли, как не поняли, почему по телефону районной приемной тамошний клерк начала записывать нас на прием и пообещала, что Мария Дмитриевна всех успеет принять до выборов.

Похоже, никого из наших собеседников не смущало существование статьи 40 закона о выборах, которая запрещает кандидатам-госслужащим использовать служебное положение: привлекать лиц, находящихся в подчинении или в иной служебной зависимости, использовать телефоны, факсы и прочие виды связи, обеспечивающие функционирование государственных органов. Если все эти люди дружно ушли в отпуск, то зачем они забрали с собой телефоны? Видимо, начальница разрешила.

В результате мы нашли мобильник Щербаковой.

- Мария Дмитриевна, почему на первом этаже администрации торгуют санкционными продуктами?

- Какими продуктами?

- Санкционными.

- Это что такое? Я не слышала.

- Вы не слышали, что в 2014 году был правительством сформирован список продуктов, которые не могут быть из Европы привезены в Россию? Сыры, колбасы.

- Это не здание, это не помещение администрации, сразу вам могу сказать.

- А про существование санкционных продуктов вы знаете?

- Не знаю, никогда не покупала. Не наше помещение, нам не принадлежит. Несанкционные продукты не покупала.

- Санкционные.

- Никогда не знала. Не покупала. Помещения к администрации не имеют отношения.

- Почему же тогда в здании администрации находится?

- Это не здание администрации, чтобы вам было понятно. Администрация арендует одну десятую часть в этом здании.

- Вас не смущает, что в одном здании с администрацией идет незаконная торговля?

- Не знаю, что за торговля, не могу сказать.

У "Новой" есть для кандидата в депутаты Марии Щербаковой первое задание - выяснить, что же все-таки творится в столовой администрации, где она работает с 2012 года.

# data[].attributes.attachment_link.title
Не смешите мои камамберы

# data[].attributes.attachment_link.description
Каждый день глава Центрального района Мария Щербакова (а с недавних пор - кандидат в депутаты Законодательного собрания по 2-му одномандатному округу от "Единой России") заходит в здание администрации на Невском проспекте, 176. Поднимается по лестнице и проходит в свой кабинет, даже не догадываясь, что в это время творится этажом ниже.

# data[].attributes.headline
4) сомневайтесь, задавайте вопросы

# data[].attributes.subject
4) сомневайтесь, задавайте вопросы

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
экономические новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
деловые новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости финансов

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости бизнеса

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
санкт-петербург

# data[].attributes.attachment_link.title
Купить и не продать: как работает рынок посредников на торгах недвижимостью в Фонде имущества

# data[].attributes.attachment_link.description
Перекупщики - заметные игроки на рынке торговли недвижимостью через Фонд имущества Петербурга. Официально им достаются объекты на общую стоимость не более 100 млн рублей в год, но по другим оценкам эта сумма в 10 раз больше. "ДП" разбирался, как работает теневой бизнес и в какое состояние нередко приходят здания после того, как пройдут через руки перекупщиков.

# data[].attributes.headline
ТЕМА: политика, выборы

# data[].attributes.subject
ТЕМА: политика, выборы

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
от редакции

Доказательства фальсификации выборов перед вами

Фальсификаторы выборов пойманы за руку. Изменение протоколов перед вводом в ГАС "Выборы" подтверждается документально. В нашей истории фигурируют 68 председателей комиссий. Мытищи, возможно, были всероссийской столицей фальсификаций. Работа по оценке подлинных масштабов подделки выборов 18 сентября сейчас только начинается.

Редакция выражает глубокую признательность людям, без которых мы не смогли бы начать эту работу. Как и тем честным председателям комиссий, на участках которых данные протоколов сошлись.

В сентябре от Кремля прозвучала явная установка: подсчет голосов должен быть честным. Более того, "Единая Россия" побеждала бы на выборах в тех же Мытищах и без манипуляций, проделанных с протоколами на пути к ГАС "Выборы". Побеждала, хотя и не набирала таких убедительных процентов, как ей приписали. Ясно, что для кого-то, - например для губернатора Воробьева, его администрации или Мособлизбиркома, - окрик из Кремля оказался недостаточно веской причиной для того, чтобы отказаться от "рисования" совсем. Фальсификация состоялась просто по инерции, по привычке и чтобы выглядеть не хуже других. Чтобы отчитаться высокими цифрами поддержки партии в регионе.

Наверное, те, кто давал подобные указания председателям комиссий, просто не подумали, что такие мелочи могут кого-то заинтересовать. Получилось довольно глупо: энтузиазм на местах подвел и "Единую Россию", и Кремль, и не дал партии власти победить честно.

Доказательства фальсификации выборов перед вами.

Мы требуем считать данную публикацию заявлением о совершении преступления, предусмотренным ст. 142 Уголовного кодекса Российской Федерации - "Фальсификация итогов голосования".

На основании документов, опубликованных нами, мы требуем признать недействительными выборы 18 сентября в городе Мытищи Московской области. Мы обращаемся к Центральной избирательной комиссии и ее председателю Элле Памфиловой. Организуйте проверку соответствия выданных наблюдателям протоколов и данных ГАС "Выборы" по всем участкам Московской области, и в случае масштабных фактов фальсификаций - в других субъектах Федерации.

Наконец, мы требуем провести прокурорскую проверку причастности администрации губернатора Московской области Андрея Воробьева к массовым фальсификациям выборов.
Редакция "Новой газеты"

Были сфальсифицированы итоги голосования по выборам в Госдуму и Мособлдуму. Только на выборах в ГД "Единой России" приписали почти 2 тысячи голосов, которые были украдены у "Яблока", "Российской партии пенсионеров за справедливость" и других партий, которые так и остались непарламентскими.

- На нашем участке протокол переписали! У "Яблока и "Пенсионеров" голосов стало меньше, а у "Едра" - больше, - позвонил через неделю после выборов наблюдатель Игорь Синцов, работавший на избирательном участке № 1665.

- С чего ты взял?

- Сравнил результаты в копии протокола, которую нам выдали в участковой избирательной комиссии, с итоговыми данными в ГАС "Выборы". Я уже написал жалобу в ЦИК!

Как член избирательной комиссии № 1665, я тоже получила копию протокола. Помимо Госдумы в единый день голосования 18 сентября жители Подмосковья выбирали также и областную думу. Как и на федеральных выборах, голосование шло по партийным спискам и по одномандатным округам.

Сравниваю данные своих протоколов с официальными результатами, размещенными на сайте Центральной избирательной комиссии. И в итогах выборов в Госдуму по партспискам нахожу расхождение.

"Яблоко" и "Российская партия пенсионеров за справедливость" потеряли по 20 голосов, Коммунистическая партия "Коммунисты России" - 10 голосов. А вот "Единой России", наоборот, те же самые 50 голосов прибавили: было 227, стало 277.

В тот же день также направляю жалобу в ЦИК и требую определить виновных в подтасовке итогов голосования. По закону ЦИК должен дать ответ в течение 30 дней.

Судя по всему, результаты голосования были подделаны в промежутке между шестью часами утра, когда в опустевшем зале избирательного участка наблюдателям выдали подписанные председателем и секретарем УИК копии протоколов, и шестью часами вечера, когда председатель УИК № 1665 Сергей Кураев сдал, по его словам, все документы в Территориальную избирательную комиссию (ТИК), где результаты внесли в ГАС "Выборы" (скорее всего, уже скорректированные, так как о случаях фальсификации итогов голосования в самой ГАС пока неизвестно).

Получив копии протоколов, наблюдатели поспешили домой, чтобы немного отдохнуть перед началом рабочего дня. Поэтому никто из них не сопровождал председателя УИК в ТИК и не присутствовал ни при внесении данных голосования в увеличенную форму протокола, ни при введении их в ГАС. Тем более что председатель комиссии сразу всех оповестил, что процесс сдачи документов в ТИК будет долгим, так как приоритет будут отдавать комиссиям из Лобни, входящей наряду с Мытищами в избирательный округ № 12 по выборам в Мособлдуму.

- Кто знает, когда мы "сдадимся", вздыхал председатель нашей УИК Кураев, отвечая на вопрос остальных членов комиссии о том, чего мы ждем. Ведь подсчет голосов и упаковку бюллетеней и документов мы завершили около четырех утра, и по закону нужно было немедленно отправляться в ТИК.

Работают КОИБы. Фото: РИА Новости

Партийный дебет-кредит

С наблюдателем от "Справедливой России" Анастасией Генерозовой мы обсуждали, куда лучше пожаловаться на подлог, когда она вдруг предложила сравнить копии протоколов, полученные ее знакомыми наблюдателями на других участках. Уже на следующий день она прислала сканы четырех комплектов протоколов - по партспискам и по одномандатным округам.

И везде оказалась та же картина: у несистемных партий голоса убывают, а у "Единой России" - прибывают. Причем дебет и кредит сходятся идеально: сколько убыло, столько прибыло. Системные партии - КПРФ, ЛДПР и "Справедливую Россию" - почти не трогают.

Ищу наблюдателей с других участков, добываю несколько протоколов. И, о чудо, обнаруживаю участок, где данные протоколов и итоговые результаты в ГАС "Выборы" совпадают, хотя, по словам наблюдателя Ани, правильно заверенную копию ей так и не удалось получить. Зато в других протоколах нахожу расхождения: чаще подлог встречается на выборах в Госдуму, но в Мособлдуму - тоже есть. А вот по одномандатным округам подобных расхождений нет, только в одном случае кандидат от КПРФ потеряла два голоса, но и конкуренты их не получили.

Больше разжиться протоколами не удалось; в большинстве своем наблюдатели сдали их в свои партии. При этом наблюдателей от небольших партий можно было пересчитать по пальцам. Если где и можно было получить протоколы, то только в системных партиях - "Справедливой России", ЛДПР и КПРФ. В конце концов, они ведь тоже пострадали.

Слева - протокол голосования с участка 1641, справа - данные ГАС "Выборы" с того же участка. Разница в пользу "Единой России" - 48 голосов

Три составные части и один источник

- Махинации с голосованием повлияли на распределение мест в Думе, поэтому ваши партии тоже пострадали, хотя напрямую голоса у них и не украли, - объясняю я свой интерес к протоколам представителям "Справедливой России" и ЛДПР. На мою удачу в офисном центре местные отделения этих партий находятся буквально дверь в дверь. Когда я рассказала о случаях фальсификации эсерам, те сразу поделились новостью с соседями.

Те и другие явно были бы не прочь подложить свинью своим удачливым конкурентам из "Едра". Но к тому времени все принесенные наблюдателями копии протоколов они отправили в Москву, в штаб-квартиры партий. Мы договариваемся, что они "спросят", а я сообщу, если обнаружу манипуляции с голосами у их партий.

К коммунистам иду в "присутственный день". Среди портретов и шелковых стягов с изображением Сталина я рассказываю секретарю Мытищинского горкома КПРФ Валерию Сергееву и активисту Андрею Щетинину о выявленных фактах подлога в пользу "Единой России" и о намерении расследовать эту ситуацию. История задевает их за живое. Выборы коммунисты провели неудачно, фракция КПРФ сократила свое представительство в обеих думах, а первый секретарь горкома уступила единороссу. Попытки коммунистов обжаловать процедурные моменты не принесли результата - суд отклонил все иски. Сергеев не возражает, чтобы показать мне копии протоколов, принесенные дисциплинированными наблюдателями от КПРФ.

- Андрей, достань вон тут стопку, просит он Щетинина.

Тот плюхает передо мной кипу бумаги высотой сантиметров 30. В течение трех часов я фотографирую документы, пока у камеры не садится аккумулятор. Когда мы снова встречаемся в воскресенье для продолжения съемки, у меня уже нет сомнений, что в ночь на 19 сентября в Мытищах произошла масштабная фальсификация итогов голосования на выборах в Мособлдуму и Госдуму по партийным спискам. И я хочу выяснить, кто и каким образом это сделал.

Все протоколы, полученные "Новой газетой", доступны для скачивания по ссылке.

Карта фальсификации выборов в Мытищах

С партии по голосу, "ЕР" - конституционное большинство

При следующей встрече в горкоме рассказываю Сергееву и Щетинину о находках. На выборах в Госдуму итоги голосования подтасовали на двух из каждых трех участков, а на выборах в Мособлдуму - на каждом третьем. По странному совпадению во всех случаях манипуляции произвели в пользу "Единой России", хотя, судя по протоколам, она и без того первенствовала на всех участках. На тот момент у нас были данные по 40 из 96 участков городского округа Мытищи.

Масштаб махинации производит на коммунистов впечатление. При этом сама КПРФ пострадала только на одном, надо сказать, довольно странном участке № 1681, где в ГАС "Выборы" переписаны результаты всех партий. Помимо ряда несистемных партий и КПРФ голоса украли также у эсеров и ЛДПР. Зато обдираемые как липки на других участках "Родина" и "Пенсионеры" внезапно получили на несколько голосов больше. Но основным "бенефициаром", как обычно, стала "Единая Россия", получив дополнительно 66 голосов.

- Вы посмотрите, нет ни одной копии, которая была бы правильно заверена! - возмущается товарищ Сергеев. Пока я фотографирую, он просматривает уже отснятые протоколы.

Сергеев - член территориальной и окружной избирательных комиссий с правом решающего голоса, он хорошо разбирается во всех процедурных тонкостях. Из ящика стола он достает лист бумаги и показывает образец правильно заверенной копии протокола: "Вот как надо! И куда только смотрят наблюдатели?"

Председстель УИК 1671 рапортует о ходе выборов: "Все идет, как нужно, все идет красиво"... Еще бы, на его участке "Единой России" припишут 40 голосов!

Забегая вперед: тема нарушений при заверении копий протоколов возникнет также в разговоре с сопредседателем совета движения "Голос" Андреем Бузиным. По его мнению, массовый характер нарушений при их оформлении говорит об отсутствии требовательности и правосознания у ТИК: "Если бы они были требовательными, то каждый случай такого нарушения фиксировали на предыдущих выборах и делали выводы о составе избирательной комиссии". Но, как мы потом увидим, мытищинская ТИК руководствуется совсем другими критериями.

Кстати, и КПРФ и "Справедливая Россия" сразу после подведения итогов выборов запросили у ТИК копии протоколов по ряду участков, но не могут получить их до сих пор, хотя закон отводит на это 30 дней.

Андрей Щетинин уверен, что председатели нарушают правила при заверении копий далеко не случайно. Заверенные ненадлежащим образом документы не имеют юридической силы. А значит, итоги голосования позже будет труднее оспорить в суде.

В справедливости слов Андрея я убедилась, читая ответ Избирательной комиссии Московской области на свою жалобу, переданную туда из ЦИК (по поводу расхождения данных в протоколе и в ГАС "Выборы"). В письме их говорилось, что копия протокола, приложенная к моему обращению, не соответствует требованиям ФЗ № 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации".

Однако самым интересным в ответе избиркома было другое утверждение: что моя копия протокола содержала "данные, которые не соответствуют данным, содержащимся в первом экземпляре протокола". Это значит, что наряду с нашим настоящим протоколом и реальными итогами голосования где-то в недрах ТИК существует и некий другой протокол, "данные" из которого и ввели в ГАС "Выборы". Это только подтвердило наше предположение, что протокол с итогами голосования на нашем участке 1665 был переписан. Видимо, как и протоколы со всех тех участков, где имеются расхождения с ГАС "Выборы".

Протокольные мероприятия

- Конечно, протоколы переписали, - член ТИК от "Справедливой России" Ольга Шипова смотрит на меня, будто я вчера на свет родилась. Мы беседуем с ней в местном отделении партии, все еще увешанном предвыборными плакатами и листовками.

- И что, вы лично видели, как их переписывали?

- Я просто знаю, что это делается.

Она рассказывает случай, которому стала свидетельницей. Опаздывая утром 19 сентября на работу, пожилая наблюдательница не успела взять в участковой комиссии свою копию протокола, чтобы отнести потом в партию. Она договорилась с секретарем УИК, что та подготовит копию и передаст ее позже Шиповой, с которой те работали неподалеку.

- Я прихожу за протоколом, а секретарь мне говорит, что копии для наблюдателей подготовили, но они сейчас недействительные, рассказывает Шипова.

- Как так, спрашиваю ее. А она:

"Когда мы сдавали данные в ГАС "Выборы", у нас какие-то соотношения не сошлись. Нам сказали идите переписывайте протокол, у вас ошибка. Хотя я не могу понять, где у нас ошибка? Мы переписали. Председатель сейчас пошел в ТИК, но копий нового протокола пока нет". А я ей говорю: "Бабушке все равно, новый, старый. Дайте ей, пожалуйста, копию, а то ей деньги не заплатят". Секретарь выдала мне копию старого протокола.

- А в какой комиссии это было?

Шипова называет номер, и я сверяю его со своим черным списком - есть такая! Смотрю на сайте ЦИК - отметка о повторном подсчете, проводимом в случае ошибки, отсутствует. Теперь начинаю понимать, каким образом итоги голосования по выборам в Мособлдуму, зафиксированные в протоколе этого УИК, вдруг разошлись с данными в ГАС "Выборы".

Но ведь тогда кто-то должен заметить, как в узком коридоре ТИК несколько десятков председателей переписывают протоколы. Например, в ТИК подмосковного Реутова одну такую "писательницу" даже сняли на видео. По словам очевидцев - наблюдателей и секретарей комиссий, в мытищинской ТИК в день выборов для председателей выделили комнату, там стоял стол, и за ним постоянно кто-то что-то писал. Председатели сдают не только протоколы, но и множество других документов, и нередко во время сдачи к оформлению их возникают претензии, которые те вынуждены устранять. Очевидцы подтвердили: да, председатели что-то писали, но что - непонятно: то ли протоколы, то ли еще что.

В ходе расспросов о переписывании протоколов всплыла еще одна важная деталь. Накануне 18 сентября в вестибюле горадминистрации установили монитор для трансляции данных о ходе выборов в Мытищах. С утра и до закрытия избирательных участков передавали данные о явке. Когда стали прибывать комиссии, на экране показывали итоги голосования по мере поступления данных в ГАС "Выборы". По свидетельству наблюдателя Владимира Остапенко, примерно в шесть часов утра монитор перестал работать. Он написал жалобу. Как объяснили в ТИК, срок договора на трансляцию закончился, а информацию об итогах можно отслеживать в интернете. "Видимо, тогда они и начали мухлевать с результатами", - предполагает очевидец.

Избиратели голосуют. Фото: Анна Артемьева / "Новая газета"

Тайна распечатки

Параллельно я составляю досье по каждому участку: сколько голосов украли, у каких партий, где и кем работают председатель комиссии, его заместитель и секретарь - те, кто потенциально может быть причастен к фальсификации. Как правило, вся руководящая тройка работает в одном учреждении. Очень много учителей. К своему удивлению, среди подозреваемых нахожу Марину Валентиновну Елисееву, председателя УИК № 1669. На прошлых думских и президентских выборах я была наблюдателем на этом участке, в гимназии № 16, и не заметила каких-то нарушений. Процедуры в комиссии соблюдали почти идеально, данные протоколов с ГАС неизменно сходились. Однако в этот раз итоговые данные по выборам в Госдуму по партийным спискам не совпадали с результатами, записанными в копии протокола: у "ЕР" в ГАС внезапно оказалось на 50 голосов больше, а у "Пенсионеров", "Зеленых", ПАРНАСа и "Яблока" - в сумме на столько же меньше.

Через преподавателя той же гимназии я связалась с Елисеевой и рассказала ей о подлоге.

- А где вы взяли протокол? Ведь наблюдателей на участке почти не было, удивляется она.

По ее словам, комиссия все честно подсчитала, после чего она поехала в ТИК, где данные об итогах голосования внесли в ГАС "Выборы". "Там распечатку дают, там не может быть расхождений!" - говорит она. Распечатка - это протокол ввода данных в ГАС "Выборы".

Елисеева вначале согласилась показать мне этот документ. Но потом у нее не нашлось времени, чтобы взять распечатку, хранившуюся в гимназии. К тому времени она перешла на работу в Учебно-методический центр.

Я зашла УМЦ, чтобы еще раз уточнить детали. Марина Валентиновна по пунктам рассказала о сдаче документов в ТИК, отметив, что сама она не присутствовала при вводе данных в ГАС "Выборы", их вводили "молодые люди" - видимо, системные администраторы. После чего она получила распечатку: по ее словам, все данные в ней соответствовали результатам, указанным в протоколах.

Елисеева пообещала, что попросит своего заместителя или секретаря показать мне протокол ввода данных в ГАС, она даже назначила встречу, но потом сама же ее отменила. "Мы ни в чем не виноваты. Если вы не верите на слово, это ваше право, но никаких доказательств своей невиновности я предоставлять не буду", - написала она в СМС-сообщении.

Выборы в Мытищах. Фото: РИА Новости

Пытаюсь встретиться с другими председателями-учителями, но постороннему человеку пройти в школу не так просто. Переключаюсь на медучреждения и с третьей попытки застаю в кабинете председателя УИК № 1692 Андрея Мелентьева. Молодой и энергичный кандидат наук руководит дневным стационаром клиники Института общей и профессиональной патологии ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана.

- А вы сами-то за кого голосовали? - интересуется он после того, как я представилась и сообщила, что итоги голосования в Мособлдуму на вверенном ему участке изменились. И что загадочным образом 29 голосов от "Пенсионеров", "Яблока" и ряда небольших партий перекочевали к "Единой России". Его интересуют и другие вопросы, откуда у меня эти протоколы, говорила ли я с другими председателями и что те сказали, почему голоса украли только у непарламентских партий и ходила ли я в ТИК.

По его словам, сразу после подсчета голосов он поехал в ТИК, отдал все документы и протоколы, данные об итогах голосования вносили в ГАС "Выборы" без него, а никакой распечатки ему не давали. "Они берут протоколы, а что они там вбивают - я не знаю, - горячится Мелентьев. - Вот за этот документ (показывает на копию протокола) я отвечаю, а вот за этот (он показывает на принесенную мной распечатку официальных итогов голосования на сайте ЦИК) - я не отвечаю".

- Андрей Владимирович, вы переписывали протокол? - спрашиваю его в лоб.

- Что же я, сумасшедший, что ли, переписывать протокол? Боже упаси! Нет, я не переписывал.

Он советует мне искать правду вместе с переписанным протоколом в ТИК.

Неестественный отбор

Через день я звоню и пишу знакомым партийцам, узнаю о судьбе отвезенных в Москву протоколов. И всякий раз возникает какое-то препятствие. То хранительница протоколов в штаб-квартире уехала в отпуск, то она приболела, то занята важным мероприятием... Теоретически копии протоколов есть, но лежат под замком никому не нужные. Поэтому я изучаю кадры, которые решают все.

- Трудно сказать, знали ли о махинациях зампреды и секретари УИК, но председатели точно были в курсе, - уверен Андрей Щетинин. С внутренней кухней выборов он знаком не понаслышке: в течение десяти лет был членом ТИК от КПРФ, много раз представлял партию в суде, подавал иски против председателей тех участков, где были зафиксированы случаи вброса или "карусели".

Холодным воскресным вечером мы встречаемся с ним напротив горадминистрации (там на первом этаже здания располагается ТИК). Если верить Щетинину, честных председателей УИК вообще не бывает, так как система назначения их основана на принципе лояльности: ТИК назначает только проверенных и тех, на кого можно повлиять. Андрей вспомнил, как при формировании нынешнего состава участковых комиссий в ТИК отклонили кандидатуру женщины - помощницы адвоката с формулировкой: "Мы не знаем, что это за человек". "Конечно, на нее им было бы трудно повлиять, поэтому ТИК назначил учительницу", - усмехается Щетинин.

Он вставляет в свой ноутбук флешку, и на мониторе возникает черно-белая видеотрансляция с какого-то избирательного участка. В верхнем углу стоит отметка, которую обычно ставят избиркомы, высылая запись по запросу избирателей.

- Это президентские выборы 2012 года. Смотрите, сейчас на участке № 1613 произойдет вброс.

И действительно, мужчина пытается вбросить в урну пачку бюллетеней, но его за руку ловит наблюдательница. Андрей ставит еще одну видеозапись.

- А вот тот же мужчина спустя несколько часов пытается вбросить на участке № 1557.

По его словам, осуществить вброс можно только при содействии председателя комиссии, который должен выдать злоумышленнику бюллетени с печатью УИК. Тем не менее в феврале 2013 года ТИК снова назначил этих людей председателями УИК на следующие пять лет, сославшись на отсутствие решения суда. Сам Щетинин голосовал "против", изложив доводы в особом мнении.

- Как зовут этих председателей? - тянусь я к своему досье.

- Алексей Михайлович Кураев и Татьяна Валентиновна Мурзанева, она учитель в школе № 26.

Он называет фамилии еще нескольких председателей, скомпрометировавших себя нарушениями на прошлых выборах, но назначенных на новый срок. И все они без исключения есть в моем списке - возглавляют УИК с фальсифицированными итогами голосования.

- В вашем списке должна быть и Ольга Юрьевна Лабунец, уверен Щетинин. - Она учитель и тоже очень надежный кадр.

По его словам, Лабунец "зарекомендовала" себя еще на выборах 2009 года, когда в стационарном ящике для голосования оказалось больше бюллетеней, чем было выдано избирателям. И с тех пор ТИК потом дважды продлевала ее полномочия.

Действительно, председатель УИК № 1701 Лабунец есть в моем списке: на ее участке данные протоколов и системы ГАС "Выборы" не совпадают по выборам в Госдуму и в Мособлдуму. Напротив этого УИК в досье стоит пометка: "сумасшедший протокол", так как не совпадают не только данные голосования, но и число избирателей, бюллетеней и т.д.

В Мытищах было несколько подобных протоколов. Например, в одном из них украли голоса у единороссов. Как потом объяснил мне Андрей Бузин из "Голоса", такие протоколы нередко используют для "отмазки", что, мол, нашу партию тоже обокрали.

В моем списке, правда очень коротком, есть 14 УИК с зеленой маркировкой. Это означает, что расхождений данных не обнаружено.

- Ведь есть и честные люди, - говорю Щетинину.

Мой собеседник качает головой: отсутствие расхождений между данными протокола и ГАС еще не гарантия честных выборов, поскольку накинуть голосов нужной партии можно еще посредством того же вброса - и тогда не придется переписывать протокол.

- Председателями УИК могут быть неподкупные люди, но они долго не продержатся - их либо уволят, либо снимут. А повод всегда найдется, - говорит Щетинин.

Лояльность - все, репутация - ничто

О кадровом вопросе я снова вспоминаю, когда начинаю анализировать новую порцию протоколов. Выудить их из бюрократических недр "Справедливой России" помогли Ольга Шипова и наблюдатель Анастасия Генерозова.

Протокол за протоколом - почти в каждом результаты голосования не совпадают с данными ГАС "Выборы". Чаще всего - по выборам в Госдуму.

Пополняю досье председателей, заместителей и секретарей этих УИК. Как и прежде, очень много учителей, завучей, директоров. В подавляющем большинстве - учителя начальных классов, преподаватели математики, естественных предметов. Гуманитариев - учителей русского и иностранных языков - можно пересчитать по пальцам одной руки, историков вовсе нет. Представлены почти все школы города: гимназия № 1, лицей № 2, школы № 3, 4, 7, 8... Проверяя данные, захожу на странички педагогов в соцсетях и среди котиков, цветов и чужих цитат с трудом нахожу сведения о месте работы. В сумме учителя составляют половину председательского корпуса на тех участках, где данные расходятся: почти четыре десятка!

Чтобы понять, почему на обман и преступление идут те, кто каждый день объясняет другим "что такое хорошо и что такое плохо", я иду в городской профсоюз работников народного образования и науки. С руководителем его Анной Светловой мы говорим об учительской профессии. Меня искренне интересует, почему у нее, педагога с 50-летним стажем, на участке 1670 результаты протокола также разнятся с данными ЦИК в пользу "Единой России".

В тот день стало известно о трагедии псковских подростков, и разговор неизбежно сворачивает на тему взаимоотношений детей и родителей и о роли школьного воспитания, о необходимости поднять престиж профессии. Светлова перечисляет, что для этого нужно сделать.

- Не показывать нас дураками по телевидению! А то показывают в черном цвете - то, как учительница с мальчиком вступила в интимную связь, то еще что-то. Почему не показывают хороших учителей? - негодует она.

- Я согласна со всеми перечисленными пунктами, - говорю я, - но разве можно изменить отношение общества, если учителя участвуют в махинациях на выборах?

Глаза Светловой леденеют. Слова мои не вызывают у нее удивления. Она не желает смотреть копии протоколов и говорит, что за 16 лет работы председателем комиссии у нее все всегда было правильно. Она просит меня уйти.

- Вы не правду ищите, а грязь собираете, - говорит она мне.

Приводные ремни административного ресурса

Помимо учителей комиссии на участках с переписанными результатами возглавляют также работники муниципальных учреждений культуры (библиотек, ДК, музыкальных школ), сотрудники администрации и муниципальных органов управления, служащие связанных с администрацией учреждений и местных предприятий, например, Торгово-промышленной палаты, телеканала "Первый Мытищинский" и т.д.

Независимых председателей, по работе не подчиняющихся администрации и не связанных с ней, просто нет. В самой ТИК из 12 членов семеро работают в администрации, еще у одного отец работает в подведомственной структуре. Председатель ТИК Валерий Конягин - заместитель главы администрации. В общем, вертикаль исполнительной власти трудится на ниве выборов.

- Вы что, думаете, что это все ТИК организовала? Да они только бумажки собирают!

- Выборы готовил штаб, используя тот самый административный ресурс, - охладил мой пыл источник, близкий к администрации. По словам моего собеседника, с начала года в администрации работал штаб по подготовке выборов. Избирательные участки были поделены между соответствующими управлениями: те, что располагались в школах, курировало Управление образования, а созданные на базе домов культур и библиотек - Управление культуры и туризма. Эти участки были зоной ответственности начальников управлений: они работали с председателями, ставили им задачи, искали людей, если планировался вброс, и т.д.

- Вызывают председателя. "Хочешь сохранить работу? Тогда сделай то-то и то-то. Сейчас такая ситуация, что если потеряешь работу, потом трудно найти", - говорит он.

Как правило, все совещания по подготовке выборов проходили с участием членов ТИК и представителей управлений. "Понятно, что на каждый участок вбросить нельзя, поэтому готовили запасные варианты: решали, на каком участке приписать 50, а на каком - 70. Это большая аналитическая работа", - рассуждает источник.

По его словам, если, например, было много наблюдателей и председатель не мог вбросить, значит, потом он переписывал протокол. "Вот так работает административный ресурс. Вы что, не читали в "Новой газете" статью об учительнице из Питера", - удивляется источник.

Председатель нашей УИК № 1665 вполне вписывается в эту схему: участок расположен в школе искусств, а сам Сергей Кураев работает в городском Доме культуры. Это муниципальное бюджетное учреждение подчиняется непосредственно Управлению культуры и туризма. Я заехала в ДК, чтобы поговорить с Кураевым о расхождениях в протоколах.

- Я ничего не знаю, - говорит он. Кураев производит впечатление человека, только что услышавшего о расхождении результатов голосования. Он рассказал, что сдавал документы почти три часа: сначала акты и протоколы, потом данные ГАС "Выборы". Как и остальные, при вводе данных не присутствовал. Протокол о вводе данных не получал.

- Мне кажется, нужно обратиться в ГАС "Выборы" - откуда они взяли эти результаты, посоветовал он мне на прощание.

За ввод данных голосования в ГАС "Выборы" отвечает системный администратор, член ТИК Максим Кузовлев, возглавляющий информационное управление администрации Мытищ. А кадры - то есть муниципальную службу и Управление по работе с муниципальными организациям - курирует среди прочего замглавы администрации и председатель ТИК Валерий Конягин. И кандидатуры председателей утверждает тоже он. Так что вряд ли ТИК занимался одним лишь "собиранием бумажек".

По словам очевидцев, в первые дни после подведения итогов выборов в коридорах ТИК видели председателей УИКов и сотрудников администрации, которые бегали с рулонами скотча в руках. Скотч, например, используют для опечатывания мешков с бюллетенями.

На запрос "Новой газеты" председатель ТИК Мытищ Валерий Конягин ответил, что представители издания не были аккредитованы на избирательных участках, а значит, не имели права получить заверенные надлежащим образом копии протоколов, а имеющиеся в распоряжении редакции копии, по его словам, не имеют юридической силы.

специально для "Новой газеты"

Итоги голосования: реальные и виртуальные

Вечером в пятницу мне неожиданно присылают еще одну порцию копий протоколов. До глубокой ночи сравниваю результаты. Затем обобщаю итоги, основанные на изучении копий протоколов по партийным выборам в Госдуму и Мособлдуму по 84 участкам из 96. На 68 участках обнаружены расхождения между итогами, зафиксированными в протоколах УИК, и данными, содержащимися в ГАС "Выборы".

Главным выгодоприобретателем стала "Единая Россия". В городе только по выборам в Госдуму за счет махинаций она дополнительно получила 1969 голосов (3,5%).

Больше других пострадали "Российская партия пенсионеров за справедливость", у которой украли 450 голосов, и "Яблоко", лишившееся 580 голосов. На выборах в Мособлдуму "ЕР" накинули 688 голосов. У "Яблока" украли 255 голосов, у Партии пенсионеров - 216 голосов. Возможные фальсификации не только помешали этим партиям пройти в Мособлдуму, но и лишили их возможности выдвигать кандидатов.

Когда я спросила Андрея Бузина из "Голоса", где еще в России переписывали протоколы в таких масштабах, он ответил, подумав: "Разве что в Дагестане". По данным авторов доклада "Дагестан-2016", там 8 из 9 полученных независимыми наблюдателями протоколов имеют расхождения с данными ЦИК. Правда, в отличие от Дагестана, в Мытищах протоколы не успели "утонуть".

об авторе
Татьяна Юрасова - главный редактор портала "Здравком", в 2011-2012 годах была наблюдателем на парламентских и президентских выборах, в настоящее время член УИК № 1665 (Мытищи) с правом решающего голоса.
Выпускающий редактор: Роман Анин
Продюсер: Анна Игнатенко
Иллюстрации: Мария Снеткова
Видео: Анна Игнатенко, Мария Снеткова, Глеб Лиманский
Данные: Надежда Мироненко, Анастасия Шаблинская, Татьяна Васильчук, Софья Самиленко

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новая газета

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
расследование

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
политковская

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
панамский архив

# data[].attributes.attachment_link.description
от редакции Доказательства фальсификации выборов перед вами Фальсификаторы выборов пойманы за руку. Изменение протоколов перед вводом в ГАС "Выборы" подтверждается документально. В нашей истории фигурируют 68 председателей комиссий. Мытищи, возможно, были всероссийской столицей фальсификаций. Работа по оценке подлинных масштабов подделки выборов 18 сентября сейчас только начинается.

# data[].attributes.headline
ТЕМА: коррупция

# data[].attributes.subject
ТЕМА: коррупция

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
экономические новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
деловые новости

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости финансов

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новости бизнеса

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
санкт-петербург

# data[].attributes.attachment_link.title
Как земли и здания стоимостью 7 млрд рублей переходили от Горного университета к людям, близким к ректору вуза Владимиру Литвиненко

# data[].attributes.attachment_link.description
Как земли и здания стоимостью 7 млрд рублей переходили от Горного университета к людям, близким к ректору вуза Владимиру Литвиненко

# data[].attributes.headline
ТЕМА: криминал

# data[].attributes.subject
ТЕМА: криминал

# data[].attributes.attachment_link.title
Карта преступлений Петербурга

# data[].attributes.attachment_link.description
Большинство показателей в этой статье взяты из отчетов полиции, что является "открытой информацией", но не "открытыми данными". Однако, важен сам факт учета этих показателей, наличия их за продолжительный период времени. При работе с данными криминальной статистики нужно понимать, что абсолютная точность остается под вопросом из-за человеческого фактора при обращении в полицию и регистрации преступлений, а также методик их подсчета.