# data[].attributes.headline
1. По совместительству учитель Многие известные писатели и поэты зарабатывали на жизнь преподаванием: при дворе императора, в престижных университетах или сельских школах. Вспоминаем тех, кто проводил свое время не только над рукописями, но и у школьной доски.Иван Крылов. Учитель-режиссер В ранние годы Иван Крылов писал трагедийные пьесы и либретто для опер, эссе и памфлеты, а изредка — стихотворения. Он издавал сатирические журналы «Почта духов» и «Зритель» (позже — «Меркурий»). Когда журналы закрылись, Крылов уехал из Петербурга, и несколько месяцев о нем никто ничего не знал. Неизвестно, как сложилась бы его судьба, если бы в 1797 году он не познакомился с князем Сергеем Голицыным. Голицын пригласил его в свое имение — служить секретарем и учить детей. У Ивана Крылова было хорошее образование, он говорил на итальянском, играл на скрипке. Детям Голицына писатель преподавал основы русской словесности и иностранные языки, давал уроки музыки.В свободное время Крылов продолжал писать, по большей части пьесы. Они настолько нравились Голицыну, что князь вносил их в репертуар домашнего театра. В некоторых главную роль играл сам Крылов. Когда к власти пришел Александр I, князя Голицына определили на службу в Лифляндию, и писатель последовал за ним. Через два года Крылов вышел в отставку и полностью посвятил себя написанию басен.

# data[].attributes.subject
1. По совместительству учитель Многие известные писатели и поэты зарабатывали на жизнь преподаванием: при дворе императора, в престижных университетах или сельских школах. Вспоминаем тех, кто проводил свое время не только над рукописями, но и у школьной доски.Иван Крылов. Учитель-режиссер В ранние годы Иван Крылов писал трагедийные пьесы и либретто для опер, эссе и памфлеты, а изредка — стихотворения. Он издавал сатирические журналы «Почта духов» и «Зритель» (позже — «Меркурий»). Когда журналы закрылись, Крылов уехал из Петербурга, и несколько месяцев о нем никто ничего не знал. Неизвестно, как сложилась бы его судьба, если бы в 1797 году он не познакомился с князем Сергеем Голицыным. Голицын пригласил его в свое имение — служить секретарем и учить детей. У Ивана Крылова было хорошее образование, он говорил на итальянском, играл на скрипке. Детям Голицына писатель преподавал основы русской словесности и иностранные языки, давал уроки музыки.В свободное время Крылов продолжал писать, по большей части пьесы. Они настолько нравились Голицыну, что князь вносил их в репертуар домашнего театра. В некоторых главную роль играл сам Крылов. Когда к власти пришел Александр I, князя Голицына определили на службу в Лифляндию, и писатель последовал за ним. Через два года Крылов вышел в отставку и полностью посвятил себя написанию басен.

# data[].attributes.headline
Команда "Эврика

# data[].attributes.subject
Команда "Эврика

# data[].attributes.headline
2. Василий Жуковский. Наставник наследника престола Василий Жуковский более 25 лет служил в царской семье. Сначала он поступил на должность чтеца к императрице Марии Федоровне, затем преподавал русский язык принцессе Шарлотте, а позже стал наставником наследника престола, будущего императора Александра II.Своему воспитаннику Жуковский хотел дать хорошее фундаментальное образование, поэтому и готовился к преподаванию основательно. Он прочитал множество книг, от античных до современных, ознакомился с идеями прогрессивной швейцарской педагогики. Жуковский сам собрал для ученика библиотеку, разработал план обучения и даже распорядок дня. Чтобы наследник престола досконально изучил историю России, Жуковский приглашал к нему известных ученых, а на уроках использовал данные императорских архивов. Наставник организовал для Александра и познавательное путешествие по России.Василий Жуковский всегда открыто выступал за отмену крепостного права и идеи свои доносил до будущего императора. Возможно, влияние наставника сыграло не последнюю роль во внутренней политике Александра II.

# data[].attributes.subject
2. Василий Жуковский. Наставник наследника престола Василий Жуковский более 25 лет служил в царской семье. Сначала он поступил на должность чтеца к императрице Марии Федоровне, затем преподавал русский язык принцессе Шарлотте, а позже стал наставником наследника престола, будущего императора Александра II.Своему воспитаннику Жуковский хотел дать хорошее фундаментальное образование, поэтому и готовился к преподаванию основательно. Он прочитал множество книг, от античных до современных, ознакомился с идеями прогрессивной швейцарской педагогики. Жуковский сам собрал для ученика библиотеку, разработал план обучения и даже распорядок дня. Чтобы наследник престола досконально изучил историю России, Жуковский приглашал к нему известных ученых, а на уроках использовал данные императорских архивов. Наставник организовал для Александра и познавательное путешествие по России.Василий Жуковский всегда открыто выступал за отмену крепостного права и идеи свои доносил до будущего императора. Возможно, влияние наставника сыграло не последнюю роль во внутренней политике Александра II.

# data[].attributes.headline
3. Лев Толстой. Педагог-новатор Лев Толстой открыл 26 народных школ и сам обучал грамоте крестьянских детей. Писатель много путешествовал, он изучал образовательные системы других стран. Наиболее интересные методики писатель применял в русских школах. В Яснополянской, например, царили особые правила. А точнее, их не было совсем — ученикам давали полную свободу. Жесткой образовательной программы не было, в классе ученики сидели, где хотели, домашнюю работу давали не на дом, а делали прямо в школе. В любое время дети могли пойти домой, но часто, увлеченные беседами, они засиживались с учителями допоздна.Сам Толстой преподавал старшим ученикам математику, физику, историю. На его занятиях дети писали сочинения, лучшие из них потом зачитывали и обсуждали в классе. Давать уроки Лев Толстой продолжал с перерывами до конца жизни. Свои задумки и методики он описывал в педагогическом журнале «Ясная Поляна». В 1872 году Толстой издал «Азбуку» — четырехтомник с былинами, баснями, загадками для учеников и методическими советами для учителей.

# data[].attributes.subject
3. Лев Толстой. Педагог-новатор Лев Толстой открыл 26 народных школ и сам обучал грамоте крестьянских детей. Писатель много путешествовал, он изучал образовательные системы других стран. Наиболее интересные методики писатель применял в русских школах. В Яснополянской, например, царили особые правила. А точнее, их не было совсем — ученикам давали полную свободу. Жесткой образовательной программы не было, в классе ученики сидели, где хотели, домашнюю работу давали не на дом, а делали прямо в школе. В любое время дети могли пойти домой, но часто, увлеченные беседами, они засиживались с учителями допоздна.Сам Толстой преподавал старшим ученикам математику, физику, историю. На его занятиях дети писали сочинения, лучшие из них потом зачитывали и обсуждали в классе. Давать уроки Лев Толстой продолжал с перерывами до конца жизни. Свои задумки и методики он описывал в педагогическом журнале «Ясная Поляна». В 1872 году Толстой издал «Азбуку» — четырехтомник с былинами, баснями, загадками для учеников и методическими советами для учителей.

# data[].attributes.body
Удивительное сравнение можно сделать, основываясь на математических понятиях. Например, Л.Н. Толстой сделал такое сравнение: “Человек - есть дробь. Числитель - это, сравнительно с другими, достоинства человека, знаменатель - это оценка человеком самого себя. Увеличить своего числителя - свои достоинства, не во власти человека, но всякий может уменьшить своего знаменателя - свое мнение о самом себе, а этим уменьшением приблизить к совершенству». И сразу начинаешь задумываться над значением своей личной дроби…

# data[].attributes.headline
4.Александр Городницкий                                                         О, пластмасса угольников красных,                                                                    И витое барокко лекала, Геометрии стройная ясность,                                Что со школы меня привлекала!              Медианы и хорды в тетради,                                    И изящные сны Пифагора!  Я родился и рос в Ленинграде,                         Где учил геометрии город. Предъявлял мне Васильевский остров Параллели в ближайшей округе.                                Пять углов вспоминаю я острых                                       И каналов гранитные дуги. Возвращала мне каждая осень                    Полукруглое арок свеченье И лимонную улицу Росси, Что квадрат образует в сеченье.                                    В этом мире, где всё по-другому,                                Где и клином не вышибешь клина,                                         Я тоскую, как странник по дому,                                       По наивной системе Эвклида.                              Там ответы всегда беспристрастны, Доказательства чёткие строги,                                       И прямые уходят в пространство,              Словно рельсы железной дороги.                 Арифметика любви           Так случилось, что напрасно умножали                              Мы на вечность мимолётные мгновения, Отрицая вероятность, что в финале                                  Эта функция закончится делением.                          Путь к решению простой теперь и краткий,                   В этой формуле не будет места скорби:  Сокращаются легко и без остатка                            Наших чувств смешных неправильные дроби. Завершилось вычисление совместное,                             А итоги совершенно равноценные:                       Ты уходишь в уравненье к неизвестному,                         Я ищу себе другую переменную.                     Пять углов вспоминаю я острых                                       И каналов гранитные дуги. Возвращала мне каждая осень                    Полукруглое арок свеченье И лимонную улицу Росси, Что квадрат образует в сеченье.                                    В этом мире, где всё по-другому,                                Где и клином не вышибешь клина,                                         Я тоскую, как странник по дому,                                       По наивной системе Эвклида.                              Там ответы всегда беспристрастны, Доказательства чёткие строги,             И прямые уходят в пространство,              Словно рельсы железной дороги.                 Арифметика любви           Так случилось, что напрасно умножали          Мы на вечность мимолётные мгновения,                  Отрицая вероятность, что в финале                                  Эта функция закончится делением.    Путь к решению простой теперь и краткий,                                    В этой формуле не будет места скорби:  Сокращаются легко и без остатка                            Наших чувств смешных неправильные дроби.                 Завершилось вычисление совместное,                             А итоги совершенно равноценные:                       Ты уходишь в уравненье к неизвестному,                         Я ищу себе другую переменную. 

# data[].attributes.subject
4.Александр Городницкий                                                         О, пластмасса угольников красных,                                                                    И витое барокко лекала, Геометрии стройная ясность,                                Что со школы меня привлекала!              Медианы и хорды в тетради,                                    И изящные сны Пифагора!  Я родился и рос в Ленинграде,                         Где учил геометрии город. Предъявлял мне Васильевский остров Параллели в ближайшей округе.                                Пять углов вспоминаю я острых                                       И каналов гранитные дуги. Возвращала мне каждая осень                    Полукруглое арок свеченье И лимонную улицу Росси, Что квадрат образует в сеченье.                                    В этом мире, где всё по-другому,                                Где и клином не вышибешь клина,                                         Я тоскую, как странник по дому,                                       По наивной системе Эвклида.                              Там ответы всегда беспристрастны, Доказательства чёткие строги,                                       И прямые уходят в пространство,              Словно рельсы железной дороги.                 Арифметика любви           Так случилось, что напрасно умножали                              Мы на вечность мимолётные мгновения, Отрицая вероятность, что в финале                                  Эта функция закончится делением.                          Путь к решению простой теперь и краткий,                   В этой формуле не будет места скорби:  Сокращаются легко и без остатка                            Наших чувств смешных неправильные дроби. Завершилось вычисление совместное,                             А итоги совершенно равноценные:                       Ты уходишь в уравненье к неизвестному,                         Я ищу себе другую переменную.                     Пять углов вспоминаю я острых                                       И каналов гранитные дуги. Возвращала мне каждая осень                    Полукруглое арок свеченье И лимонную улицу Росси, Что квадрат образует в сеченье.                                    В этом мире, где всё по-другому,                                Где и клином не вышибешь клина,                                         Я тоскую, как странник по дому,                                       По наивной системе Эвклида.                              Там ответы всегда беспристрастны, Доказательства чёткие строги,             И прямые уходят в пространство,              Словно рельсы железной дороги.                 Арифметика любви           Так случилось, что напрасно умножали          Мы на вечность мимолётные мгновения,                  Отрицая вероятность, что в финале                                  Эта функция закончится делением.    Путь к решению простой теперь и краткий,                                    В этой формуле не будет места скорби:  Сокращаются легко и без остатка                            Наших чувств смешных неправильные дроби.                 Завершилось вычисление совместное,                             А итоги совершенно равноценные:                       Ты уходишь в уравненье к неизвестному,                         Я ищу себе другую переменную. 

# data[].attributes.headline
5. Агния Барто      Арифметика                 Четыре года Светику,         Он любит арифметику. Светик радостную весть Объявляет всем:                    — Если к двум прибавить шесть,                                        —Это будет семь!                   —Услыхав его слова,       Юра стал считать:                  — Нет, к шести прибавить два                                             —Это будет пять!             Спор горячий начался, Разделились голоса. Загибает пальчики Толстенькая Тая:                     — Не мешайте, мальчики, Тише! Я считаю!           Трудно шесть прибавить к двум,                                        Не смолкает крик и шум. Тут как раз, на счастье, Прибежала Настя.         Настя знает правила:       Два к шести прибавила,      И, скажи на милость, Восемь получилось!

# data[].attributes.subject
5. Агния Барто      Арифметика                 Четыре года Светику,         Он любит арифметику. Светик радостную весть Объявляет всем:                    — Если к двум прибавить шесть,                                        —Это будет семь!                   —Услыхав его слова,       Юра стал считать:                  — Нет, к шести прибавить два                                             —Это будет пять!             Спор горячий начался, Разделились голоса. Загибает пальчики Толстенькая Тая:                     — Не мешайте, мальчики, Тише! Я считаю!           Трудно шесть прибавить к двум,                                        Не смолкает крик и шум. Тут как раз, на счастье, Прибежала Настя.         Настя знает правила:       Два к шести прибавила,      И, скажи на милость, Восемь получилось!

# data[].attributes.headline
6. Редко кто из русских поэтов был хорошо знаком с точными науками. "Проверить алгеброй гармонию" было дано далеко не всем жителям Парнаса. Среди немногих - Михаил Юрьевич Лермонтов.  Для него математика была не только наукой, которую "проходят" в военных учебных заведениях. Поэт много занимался ею для себя, хотя доподлинно трудно сказать, в какой степени ему удалось "проверить алгеброй гармонию". Таким же фанатом математики был другой поэт – В.Я. Брюсов, который хотел даже поступить на математический факультет Московского университета. Сохранившиеся воспоминания современников Лермонтова, достаточно малочисленные и редко правдивые, донесли до нашего времени факты, которые подтверждают, что юный поэт владел математикой значительно лучше большинства своих знакомых. Не случайно среди немногих книг, бывших его постоянными спутниками, был и учебник математики.   Приятель поэта А.А. Лопухин писал, что "Лермонтов постоянно искал новой деятельности и никогда не отдавался весь тому высокому поэтическому творчеству, которое обессмертило его имя и которое, казалось, должно было поглотить его всецело. Постоянно меняя занятия, он со свойственной ему страстностью, с полным увлечением отдавался новому делу.  Таким образом, он одно время занимался исключительно математикой". Однажды Лермонтов приехал в Москву и остановился у Лопухина. Накануне он никак не мог решить одну сложную математическую задачу. Решение ее пришло во сне. Более того, во сне решил ее не сам Лермонтов, а приснившийся ему выдающийся шотландский математик Джон Непир, умерший за 197 лет до рождения поэта. После пробуждения Лермонтов, бывший прекрасным художником, писал изображение пришельца из далекого прошлого. Потом выяснилось, что это портрет математической знаменитости. Лермонтов страдал определенным комплексом неполноценности. В частности, его весьма угнетала собственная незначительная наружность и небольшой рост при весьма хрупком телосложении. Для преодоления этой проблемы, находясь московском высшем свете, он старался обратить на себя внимание всеми возможными способами. Пользовался поэт и математикой, точнее тем, что принято называть "математической смекалкой".

# data[].attributes.subject
6. Редко кто из русских поэтов был хорошо знаком с точными науками. "Проверить алгеброй гармонию" было дано далеко не всем жителям Парнаса. Среди немногих - Михаил Юрьевич Лермонтов.  Для него математика была не только наукой, которую "проходят" в военных учебных заведениях. Поэт много занимался ею для себя, хотя доподлинно трудно сказать, в какой степени ему удалось "проверить алгеброй гармонию". Таким же фанатом математики был другой поэт – В.Я. Брюсов, который хотел даже поступить на математический факультет Московского университета. Сохранившиеся воспоминания современников Лермонтова, достаточно малочисленные и редко правдивые, донесли до нашего времени факты, которые подтверждают, что юный поэт владел математикой значительно лучше большинства своих знакомых. Не случайно среди немногих книг, бывших его постоянными спутниками, был и учебник математики.   Приятель поэта А.А. Лопухин писал, что "Лермонтов постоянно искал новой деятельности и никогда не отдавался весь тому высокому поэтическому творчеству, которое обессмертило его имя и которое, казалось, должно было поглотить его всецело. Постоянно меняя занятия, он со свойственной ему страстностью, с полным увлечением отдавался новому делу.  Таким образом, он одно время занимался исключительно математикой". Однажды Лермонтов приехал в Москву и остановился у Лопухина. Накануне он никак не мог решить одну сложную математическую задачу. Решение ее пришло во сне. Более того, во сне решил ее не сам Лермонтов, а приснившийся ему выдающийся шотландский математик Джон Непир, умерший за 197 лет до рождения поэта. После пробуждения Лермонтов, бывший прекрасным художником, писал изображение пришельца из далекого прошлого. Потом выяснилось, что это портрет математической знаменитости. Лермонтов страдал определенным комплексом неполноценности. В частности, его весьма угнетала собственная незначительная наружность и небольшой рост при весьма хрупком телосложении. Для преодоления этой проблемы, находясь московском высшем свете, он старался обратить на себя внимание всеми возможными способами. Пользовался поэт и математикой, точнее тем, что принято называть "математической смекалкой".

# data[].attributes.headline
Григо́рий Бенцио́нович О́стер — русский писатель, сценарист, драматург, телеведущий. Заслуженный деятель искусств Российской Федерации. Создатель жанра «Вредных советов» и автор первого русского гипертекстуального романа «Сказка с подробностями» 

# data[].attributes.subject
Григо́рий Бенцио́нович О́стер — русский писатель, сценарист, драматург, телеведущий. Заслуженный деятель искусств Российской Федерации. Создатель жанра «Вредных советов» и автор первого русского гипертекстуального романа «Сказка с подробностями» 

# data[].attributes.body
Рассказать вам  садистский анекдот?  Приходит детский писатель к

читателям и  говорит: "А  я для вас новую книжечку написал - задачник

по математике".  Это, наверное, все равно, что в день рождения вместо

торта поставить  тарелку с  кашей. Но  если честно,  книжка раскрытая

перед вами, - не совсем задачник,

Для взрослых

Нет, нет,  задачи тут  самые настоящие.  Для второго, третьего и

четвертого классов.  Все  они  имеют  решение  и  помогают  закрепить

пройденный в  соответствующем классе  материал. Однако главная задача

"задачника" -  не материал  закреплять, и вовсе никакого отношения не

имеют эти  задачи к  тому, что  называется занимательной математикой.

Думаю, что  никакого профессионального интереса не вызовут эти задачи

у победителей  математических олимпиад.  Задачи эти  как раз для тех,

кто математику  не любит,  привычно считает решение задач тоскливым и

нудным трудом. Вот они пускай усомнятся!

Для детей

Дорогие ребята,  эта книжка нарочно называется "Задачник", чтобы

ее можно  было читать  на уроке  математики и не прятать под парту. А

если  учителя   начнут  возмущаться,   говорите:  "Ничего  не  знаем,

Министерство просвещения разрешило".

# data[].attributes.headline
В.Высоцкий п

# data[].attributes.body
В.Высоцкий песни к спектаклю "Алиса в стране чудес"

Все должны до одного
Числа знать до цифры пять -
Ну, хотя бы для того,
Чтоб отметки различать.

Кто-то там домой пришел
И глаза поднять боится:
Это - раз, это - кол,
Это - единица.

За порог ступил едва,
А ему - головомойка:
Значит пара это два
Или просто двойка.

Эх, раз, еще раз,
Голова одна у нас,
Ну а в этой голове
Уха два и мысли две.

Вот и дразнится народ
И смеется глухо
Посмотрите - вот идет
Голова два уха
Голова, голова, голова два уха.

# data[].attributes.headline
О математика!                         В веках овеяна ты славой, Светило всех земных светил.                                Тебя царицей величавой Недаром Гаусс окрестил. Строга, логична, величава, Стройна в полёте, как стрела.                                Твоя немекнушая слава     В веках бессмертье обрела. Мы славим разум человека, Дела его волшебных рук. Надежду нынешнего века, Царицу всех земных наук!

# data[].attributes.subject
О математика!                         В веках овеяна ты славой, Светило всех земных светил.                                Тебя царицей величавой Недаром Гаусс окрестил. Строга, логична, величава, Стройна в полёте, как стрела.                                Твоя немекнушая слава     В веках бессмертье обрела. Мы славим разум человека, Дела его волшебных рук. Надежду нынешнего века, Царицу всех земных наук!