# data[].attributes.attachment_link.title
Роднянский - о Бондарчуке, "Оскаре" и киногонорарах / вДудь

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Юрий Зинчук, ведущий: "Ну, а теперь давайте поговорим о главных чрезвычайных происшествиях этой недели. С ужасающей наглядностью эта неделя показала масштабы одной очень глубокой и страшной проблемы. Детская жестокость. Бессмысленная и беспощадная. Я имею в виду то кровавое колесо, которое прокатилось по российским школам в эти дни. Вот статистика. Статистика - вы вдумайтесь!- всего лишь одной недели! Итак.

15 января. Пермь. Двое вооруженных ножами подростков, напали на учеников четвертого класса пермской школы №127 и их учительницу. В результате атаки пострадали 15 человек. Напавших подростков задержали прибывшие сотрудники правоохранительных органов. Этим подонкам было 16 лет. Но резали ножами они 10- летних ни в чём неповинных детей. 10- летних. Причём, если один из этих молодых преступников состоял на учёте в полиции, то второй был абсолютно нормальным учеником. И даже принимал участие во всероссийской олимпиаде по физике.

17 января. Сосновский район Челябинской области. Опять 16-летний ученик нападает с ножом на своего одноклассника. Пострадавший получил ножевое ранение, подозреваемый подросток задержан, его допрашивают сотрудники полиции. По предварительной информации, у школьников произошел конфликт на перемене. Обе семьи считаются благополучными.

18 января. Москва. Одиннадцатиклассник попытался пронести в школу №45 несколько складных армейских ножей и бутылку с бензином. К счастью, на входе его остановил и задержал охранник. При обыске у подростка нашли шесть ножей, охотничий патрон, сумка с металлическими шариками, бутылка с бензином, набор отверток, веревка, куски проволоки и два коробка спичек. Охранник обнаружил опасные предметы во время досмотра с помощью металлодетектора.

19 января. Улан-Удэ. В микрорайоне Сосновый Бор подростки напали на школу №5. Один из учеников зашел в класс и бросил бутылку с зажигательной смесью, после чего начал избивать учительницу и учащихся топором. Дети бросились врассыпную, в классе началась паника. Учительница пыталась остановить преступника, но ей был нанесён удар топором по голове. У одного из школьников отрублены пальцы, одна из девочек получила резанную глубокую рану щеки. По предварительным данным, инцидент можно было бы предотвратить. Мама одной из учениц - Дианы Б. - уверяет, что её дочь получила предупреждение от одноклассника. Тот якобы написал ей, чтобы она не приходила в пятницу в школу, потому что "там будет мясо". Сейчас следователи проверяют информацию, кто из детей знал о готовящемся нападении и кто ещё мог в нём участвовать.

Итак. 4 случая за одну неделю. Это уже не чрезвычайное происшествие - это явление. Масштабы которого ужасают. Раньше такого в нашей стране не было. Почему дети стали такими жестокими? Что их делает такими жестокими? Как уберечь ребёнка - не переступать черту, за которой он превращается в убийцу? С этими вопросами мы обратились к нашему эксперту. К полковнику Владимиру Ивлиеву. Он начальник колпинской колонии для несовершеннолетних. Он знает, что такое подростковая жестокость, граничащая со зверством маньяка, не понаслышке. Давайте послушаем мнение специалиста".

Начальник детской колонии об АУЕ и резне в пермской и бурятской школах

- Абсолютно бессмысленное жестокое преступление. Вы можете объяснить, почему это происходит?

Владимир Ивлев, начальник ФКУ "Колпинская воспитательная колония": "У каждого своя судьба. Каждый к этому преступлению шел по-своему. У нас был парень, он в течение 8 месяцев думал, как убить человека. Такие люди ещё страшнее. То есть он искал себе жертву, он думал, как это произойдет, он представлял, какие будут ощущения. Из кого-то вышло зло одномоментно, а кто-то к этому долго идёт".
- Один, кстати, действительно состоял на учёте, а другой даже участвовал в олимпиаде по физике. То есть эта бессмысленность порой стихийна и необъяснима.
- В каждом человеке есть зло. Кто-то может его сдерживать. Кто-то может управлять этими чувствами сильными. А в ком-то - пружина. Наступил момент, обстоятельства, когда она разжалась, стала неуправляемой. Я давно здесь работаю, наблюдаю такую картину. Сейчас молодым людям не за что зацепиться. За какой-то хороший образ. Смерть как таковая - GTA, все эти игры - можно сохраниться, попить чаю и вернуться. У нас есть воспитанники, воспитанники, которые совершили эти преступления, взял, выстрелил в дедушку из ружья.
- В этой компьютерной игре смерть - многорядная. А жизнь-то другая. Есть смерть - она единожды. И эту модель поведения они переносят на жизнь. Вот сейчас к вам поступают дети. Возраст - низшая планка, верхняя планка.
- От 15 до 18 включительно.
- А сейчас по характеру, по составу преступлений, насколько они жестокие?
- Знаете, я знакомлюсь со всеми материалами, и уголовными делами, и определениями суда, и с приговором. И когда читаешь, какие были обстоятельства при совершении преступления, то мурашки бегут. У нас отбывают наказание лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления. У нас парень один есть, который убил свою младшую сестру восьмилетнюю из-за того, что она не давала ему играть в компьютерные игры. Вполне адекватный парень, неплохо учился в школе. Не ездил на олимпиады, как пермский, но вполне сносно. Он очень грамотный. Сейчас пишет книгу о своём преступлении. Здесь у нас два слова-паразита: "Просто так" и "Так получилось. Я говорю: как тебе родители смотрят в глаза? Я слушаю, и мне от этого уже страшно - как родителю взять за руку одного ребёнка, который убил второго?
- Интернет, социальные сети - насколько этот фактор ключевую роль играет?
- Я считаю, что нужно интересоваться родителям, заглядывать за плечо, отслеживать, на какой-то контроль брать людей, которые живут этим. Нужно спасать это поколение, блокировать сайты. Мы боремся с АУЕ, очень беспощадно.
- Почему это движение возникло и почему оно так популярно?
- Идея. Красиво - мы против всех. Бороться с ними, развенчивать эти идеалы. У нас, когда парни приходят, некоторые с этим брожением арестантским. А потом поживут здесь, посмотрят, как рушатся все мифы...
- Я когда проходил к вам через зону досмотра, у вас был такой плакат - "Нельзя вырасти, не совершив ошибку". Допустим, я 16-летний подросток, я в шаге от преступления. Что бы вы мне сказали?
- Нужно смоделировать будущее - кем ты хочешь стать. Если ты хочешь стать лётчиком, ты представь себя в кабине. И иди к этому. Или профессором, или врачом. Ты потеряешь ту цель, к которой ты идёшь.
- Вы общаетесь с этими ребятами, малолетними преступниками, которые совершили самые невероятные преступления, можно сделать, чтобы они вернулись к этой жизни?
- Всё можно. Мы здесь создаём условия, чтобы он понял, как сюда закатился, что его сподвигло, где ошибка, та черта. И мы здесь с каждым индивидуально разбираем его жизнь, как у тебя получилось. И в голове своей сформирует, что нужно сделать такого в жизни дальше, чтобы вернуться в общество, стать хорошим человеком.
- Интернет у вас здесь есть?
- Только у меня.
- Телефонная связь?
- Таксофон.
- Вы подростков выхватываете из жизни, помещаете в замкнутую среду - это плохо или хорошо, на ваш взгляд?
- Кому как. Вы знаете, у нас парень один был, который говорил: "Хорошо, что меня бог поберёг и в коробочку посадил, чтобы я здесь успокоился".
- Что нужно сделать мне как родителю, чтобы мои дети не стали преступниками?
- Никогда любви много не бывает. Любите детей.

# data[].attributes.attachment_link.title
Начальник детской колонии о трагедии в пермской и бурятской школах

# data[].attributes.attachment_link.description
Юрий Зинчук, ведущий: "Ну, а теперь давайте поговорим о главных чрезвычайных происшествиях этой недели. С ужасающей наглядностью эта неделя показала масштабы одной очень глубокой и страшной проблемы. Детская жестокость. Бессмысленная и беспощадная. Я имею в виду то кровавое колесо, которое прокатилось по российским школам в эти дни. Вот статистика.

# data[].attributes.body
А, 6

# data[].attributes.attachment_link.title
Дорога над Канарами

# data[].attributes.attachment_link.description
Специальный репортаж.

# data[].attributes.attachment_link.description
Uploaded by Kirill Lukashevich on 2016-10-04.

# data[].attributes.body
2.23.15

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
бомбардировка

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
днепропетровск

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
екатеринбург

# data[].attributes.attachment_link.authors[].name
ЗаСвободу.РФ

# data[].attributes.attachment_link.description
⛔ ВНИМАНИЕ ⚠ ГОЛОСУЕМ 📢 За предоставление Чрезвычайных полномочий Президенту! https://www.roi.ru/27284 За изменения в статью 3 Федерального конституционного закона от 28.06.2004 г. № 5-ФКЗ "О референдуме Российской Федерации" https://www.roi.ru/27286

# data[].attributes.headline
Технология интервью

# data[].attributes.subject
Технология интервью

# data[].attributes.body
- подготовка (цели, почему именно этот герой? вопросники, открытые вопросы)
- организация (сколько времени на интервью, место для интервью)
- интервью (логика очерёдности вопросов, диктофон и блокнот, расшифровка)

# data[].attributes.headline
Журналист не любит героя

# data[].attributes.subject
Журналист не любит героя

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Первый раз об идее, "не хочет ли губернатор дать интервью "Новой газете", я заикнулась в середине февраля 2017 года - в самый разгар Исаакиевского стояния. Добрые люди в Смольном обнадежили, и я даже завела папочку "вопросы ГС". У губернатора плотный график, и мое ожидание немного не дотянуло до девяти месяцев. За это время менялась повестка, были дни, когда мне хотелось вступиться за Георгия Сергеевича и даже его пожалеть, а иногда вопрос оставался один - ну как же не стыдно?! Когда вопросов стало больше двухсот, я начала вычеркивать сиюминутное - инновации, инвестиции, путепроводы, соглашения о сотрудничестве... Потому что инвестиции приходят и уходят, а Полтавченко руководит Петербургом уже 6 лет. О его "тишайшем" правлении по городу ходят десятки анекдотов и домыслов: мало кто понимает, что за человек сидит в Смольном. Он так классно держит удар или ему все равно? Он легко прощает или у него просто плохая память? Я до последнего думала, что интервью сорвется - все-таки "Новая газета" не совсем то издание, с которым любят говорить чиновники. Но Полтавченко согласился поговорить.
- Вы редко даете интервью. Почему?
- Не люблю.
- Но люди должны знать, чем Вы заняты.
- Люди знают. Я иногда по городу гуляю или на мероприятиях незнакомые люди подходят, разного возраста. Те, кто постарше, - говорят что-то, кто помоложе - фотографируются со мной. Если бы не знали меня или думали обо мне плохо, так бы не было, наверное...

- Может, молодым просто понтово?

- Наверняка! А люди постарше, которые больше читают и смотрят телевизор, говорят: хоть на Вас и наезжают СМИ, мы с Вами...
- На вас наезжают СМИ? О господи, какие?
- Я на наезды не сильно обращаю внимание. Исхожу из принципа, что губернатор даже такого славного города, как СПб, - не политик. Политик - председатель Законодательного собрания. Мне надо меньше мелькать и рассказывать о своей работе, а больше делать, чтобы люди сами ее чувствовали. На вопросы, какие надо, я всегда отвечу. Стараться понравиться - это не мое. Идеальный вариант, когда люди приходят на очередные выборы губернатора и спрашивают: "Кто у нас сейчас губернатор? - Ну, Полтавченко. А кто еще есть? - Такой-то. За кого будем голосовать? - Да вроде при нынешнем все нормально, за него и будем голосовать".

- Может, потому, что Вы такой непубличный, и город стал меньше звучать на федеральном уровне? Если вспомнят про нас, то все больше про стадион. Почему так мало драйва идет из города, позитивных новостей, которые бы все обсуждали? Будто мы тут не живем, а выживаем.

- Судя по тем информационным материалам, которые я смотрю, как правило, с утра и поздно вечером, и не только на нашем канале "Санкт-Петербург", в основном происходят аварии или пожары. Видимо, больше людей ничего не интересует. А ведь каждый день у нас происходят интересные события, достойные освещения на уровне страны. Только что прошел X Инновационный форум, в рамках которого был представлен первый российский пассажирский катамаран из углепластика. Там было много прекрасных экспозиций, которые дают представление об инновационной деятельности в Санкт-Петербурге. Наш город - стабильно в тройке лидеров по инновациям в России. Почему говорят не об этом, а о пожарах и о бакланах?

- О минированиях, которые несколько дней лихорадили город и страну, ни по федеральным каналам, ни у нас новостей не было. Может, это все понарошку было, типа, учения?

- Давайте поразмышляем. Все эти звонки - чистой воды провокация. Уже известно, откуда все это пришло - из-за рубежа. По каждому адресу специальными службами, в том числе городскими, все было отработано. Мы на каждый такой сигнал реагируем. Но если еще об этом всему городу сказать...
- Город и так весь знал.
- ...Вот Вы сидите у себя дома и не знаете, что произошло. В метро ищут бомбу, в автобусе, в универмаге... И вдруг Вам губернатор говорит: спокойно, Диана Леонидовна, не волнуйтесь, то, что Вам сказали, что заминировано 34 объекта, это неправда. У нас как человек на это реагирует? Раз начальство говорит, значит, не все так хорошо.
- То есть Вы решили не говорить, потому что Вам не поверят?!
- Зачем дополнительно сеять панику? Я считаю, это излишнее нагнетание ситуации.
- Еще раз. Если Вы или кто-то из Ваших заместителей скажет - будьте спокойны, то люди подумают: они нам врут?
- Часть людей подумает. Опять же, с подачи Ваших коллег отношение к нам не очень хорошее. Но не меньшая часть людей, извините за выражение, начнет вибрировать. Ведь, к сожалению, мы живем в тяжелое время. Как ни крути, мы находимся в реальном состоянии войны с международным терроризмом.
- Ваше ощущение - как к Вам в городе относятся?
- В целом - доброжелательно. Иной раз идешь по улице, кто-то здоровается, кто менее общительный - смотрит внимательно. Даже по глазам я не вижу неприязни.

- А ругаться кто-то лезет?

- Было однажды, и то в другом городе, какой-то человек, не совсем адекватный, что-то кричал издалека. Почему я понял, что про меня? Так он мою фамилию назвал.
- На Марсовом поле много кричали, и люди там были не из другого города.
- Я там не был, поэтому не знаю. Кричали - это их право. Любят - не любят... Я ни на кого не обижаюсь. Ко всем стараюсь относиться хорошо. Это мой принцип: каждый человек - это человек.
- Что кричали, Вы в курсе, наверное? Почему кричали? Народу там много было...
- Сколько?
- В разные дни по-разному. И пять тысяч, и десять. Но вам, наверное, поменьше цифры сообщали.
- Вы не задавались вопросом - кроме Исаакия, Пулковской обсерватории, Публичной библиотеки - какие еще народ претензии предъявлял? По поводу, например, работы, зарплаты, социальных проблем?
- Может быть, это просто наиболее активная группа населения...
- Это понятно. Она весьма активная группа населения, причем одна и та же.

- Там публика-то симпатичная. Умные, интеллигентные.

- Только эти умные, интеллигентные люди позволяют себе скакать по надгробиям.
- На митингах против передачи Исаакия РПЦ никто не скакал.
- На других скакали. Есть видео, есть обращения граждан. Но я о другом. Наверное, когда у людей проблемы социального плана - с работой, с зарплатой, с лекарствами и т.д. - для них это важнее. Они бы, я думаю, не собирались по зову симпатичных людей пообсуждать тему Исаакия, а пришли бы уже к Смольному. И здесь бы требовали у власти ответа.
- Как же они придут к Смольному? Это запрещено законом!
- Спокойно, как ходили и в 90-е годы.
- Так то в 90-е... Сейчас, как только они туда придут, их повяжут.
- Я думаю, не опасаясь, что повяжут, люди бы пришли, будь у них реальные жизненные проблемы. Вспомните монетизацию льгот.
- Вы хотите сказать, что под окнами Смольного нет митингующих не потому, что там запрещено и охрана кругом, а потому, что у людей нет проблем?
- Нет, я хочу сказать о другом. В городе много нерешенных вопросов. С ЖКХ, с общественным транспортом, с обманутыми дольщиками. Но они не настолько остры, чтобы люди выходили огромными колоннами. Значит, в городе все не так уж плохо, правильно? Если у нас нет напряжения в экономике, если мы решаем все основные проблемы, это полностью согласуется с моими взглядами на роль и место губернатора.

А эти симпатичные люди... Естественно, мне рассказывали, что они кричали. Некоторые договорились до того, что все беды города от того, что его давно возглавляют не петербуржцы. "Понаехали". От таких разговоров можно перейти к измерению черепов, а дальше еще к чему-нибудь.

Да, я родился не в Петербурге, а в Баку, в великой стране под названием СССР. Но я всегда себя считал ленинградцем, петербуржцем, потому что мои предки здесь жили и служили, в т.ч. на Балтийском флоте. Родители поженились, и отца отправили служить на Черноморский флот. А вскоре я там родился. Так что даже чисто физически жизнь моя начиналась здесь.
- Ленинградец по зачатию, почти по Высоцкому, получается.
- Да-да, "хоть и был я нормально доношен". Когда мне предъявляют такие вещи, я не собираюсь с ними спорить, потому что это просто абсурд. Мама моя потеряла здесь всю семью в блокаду, и всю блокаду здесь проработала, девочкой, в 14 лет осталась одна. Я с 7 до 17 лет жил в коммуналке на Невском и знаю, что такое - Ленинград, мой родной и любимый город.
- Вот вы обижаетесь, и я обижаюсь. Я, например, ходила на "исаакиевские" митинги из-за одной Вашей фразы - "вопрос решен"! Взяли и ткнули носом. И таких, как я, очень много. Почему получилось так, как получилось?
- Вопрос был решен, и он остался решенным для меня лично как для губернатора.
- Для Вас лично - понятно. Но для города?
- Давайте отбросим эмоции. Вот все было тихо-спокойно, и вдруг выхожу я к Вам и говорю: Диана Леонидовна, хочу посоветоваться - исполнять мне ФЗ №327 или не исполнять?
- А почему Вы раньше-то его не исполняли, в 2015-м?
- В 2015 году я не дал отказ, я счел преждевременным рассматривать этот вопрос.

- А в мае 2015 года законы не действовали?

- А вы вспомните. Ситуация была кризисная, все очень напряженно, в т.ч. и с бюджетом. Ряд углеводородных компаний, которые платят налоги здесь, в Петербурге, заявили, что будут отзывать налоговые платежи. И тут из Санкт-Петербургской епархии поступает запрос о передаче собора в их ведение. Я, как и Вы, трепетно отношусь к Исаакию. У города с финансами туго, бизнес сворачивается, у людей денег нет. Есть ли у Санкт-Петербургской епархии деньги на содержание, на реставрацию? Нельзя же передать, а потом разбираться. Естественно, у меня возникли сомнения.

Прошло время, ситуация в экономике принципиально изменилась. У меня состоялся разговор с Патриархом. Он этот вопрос обозначил. Мы с ним проговорили, хоть и не детально, вопросы, связанные с финансовой стороной: готов ли теперь уже Московский патриархат Русской православной церкви взять на себя текущее содержание собора и сохранить музейную составляющую?
- Они готовы?
- Они на все готовы.
- Как сильно поднялась церковь за один год! Откуда у них вдруг такие бешеные деньги? А налоги они платить будут?
- А как же! С экскурсионной деятельности будут платить.
- Церковь же не платит налоги.
- Они не платят только с реализации культовых предметов и с пожертвований. Со всего остального должны платить.
- Это все записано в каком-то документе?
- Это еще нигде не записано, потому что еще никаких движений нет. Должно быть официальное обращение Русской православной церкви. Его нет.
- Вы же говорили, что оно есть.
- Мы устно с Патриархом обсудили эту тему.
- Это Вы сочли за обращение?
- Для себя - да. И я не собираюсь отказываться от своего мнения. Я считаю, что главный собор России должен быть передан Русской православной церкви. Мы же его не отдаем в собственность. Если будем передавать, оформим, как надо, в безвозмездное пользование.
- Вы сказали "если". Есть еще шанс, что не оформится?
- Подождем. Время-то идет. У меня сомнений нет. Когда это будет, я не готов сказать.

Фото: РИА Новости

- Раз мы погрузились в дела церковные, ответьте на совершенно бестактный вопрос, который меня, увы, мучает: почему чиновники Смольного так любят ездить на Афон в Грецию, а не в Оптину пустынь под Козельском?
- Для человека непосвященного это - нормальный вопрос. Я вижу бестактность в другом. Когда некоторые так называемые интеллигентные люди позволяют себе тупо врать, что они лично видели, как в Смольном прерывают работу для того, чтобы помолиться. У нас не принято в течение дня прерываться на молитву. Некоторые говорят, что мы в кризис все снялись и поехали молиться на Афон. Это тоже не так. Вы меня извините, Афон - это личное дело каждого, и какие-то туры мы туда не организуем. Если бы мы в кризис только и молились на Афоне, вряд ли бы мы по итогам 2015 года заняли 1-е место среди региональных исполнительных органов власти по эффективности управления.

Что касается Оптиной пустыни. Я там бывал и с удовольствием поеду еще и в Оптину пустынь, и на Афон, когда будет возможность. К сожалению, она не часто возникает, я редко посещаю святую гору Афон, о чем сильно жалею, потому что это ни с чем не сравнимое ощущение. Я и в Свято-Троицкую обитель Александра Свирского уезжаю, когда есть возможность. И в Тихоновой пустыни в Калужской области бывал. Кстати, рекомендую, если не были, шикарное место.

Вообще, вера - дело интимное, я не люблю о ней говорить просто так. Но Вы спросили, я Вам ответил.

- Настолько ли интимное, если на Крестном ходе по Невскому проспекту идут спикер парламента и Ваши заместители, а за спиной у них несут плакаты против фильма "Матильда"? Не странно ли такое соседство в процессии солидных людей со слегка бесноватыми?

- Назовем их все-таки экзальтированными. Что до транспарантов, я с Вами согласен. Наверное, шествие - не место для того, чтобы высказывать свое отношение к фильму. Не знаю, плохой это фильм или хороший. Я считаю, нельзя, не посмотрев, нагнетать ажиотаж.

- И все-таки... Албин с Макаровым, а позади экзальтированные, как Вы говорите, граждане... Это не становится символом городской политики?

- Мне так не кажется. Уж точно ни Албин, ни Макаров не знали, что сзади идут товарищи с соответствующими лозунгами. Тем более эта составляющая никого не взволновала. В смысле - не призвала идти и громить кинотеатры.
- Но машину сожгли, стекла побили...
- Это, мягко говоря, на совести отдельных экзальтированных людей. А праздник есть праздник. Не каждый же год они ходят с такой ерундой.

- Из-за Крестного хода стоял в пробке весь центр. Дело даже не в пробке. А в двойных стандартах. Почему верующим можно блокировать проспект, а, например, маршу в защиту Петербурга - нет? Вы же запрещаете оппозиционные шествия не под политическим предлогом, а ссылаетесь на неудобства горожан.

- Я хочу еще раз напомнить: Крестный ход - это общегородское мероприятие...
- Марш в защиту Петербурга - тоже общегородское мероприятие, только не организованное Вами.
- Все правильно. А это мероприятие, организованное Смольным, поэтому оно планируется в конкретное время, в конкретную дату, проводится работа, связанная с регулированием дорожного движения. Да, естественно, возникают неудобства, но они не такие уж большие.
- Почему Смольный не может запланировать конкретное время, конкретную дату и провести работу, связанную с регулированием дорожного движения вместе с организаторами, предположим, марша в защиту Петербурга?
- От кого защищать Петербург?
- От вандалов. Любого пошиба и калибра. Кроме того, Вы заявляете Крестный ход как общегородское мероприятие, но я, например, атеист, и таких, как я, в нашем городе не один миллион человек.
- Я с Вами здесь не соглашусь. Вы говорите, что Вы неверующая. Вы верите в то, что Бога нет, значит, Вы верующий человек.
- За пост "Бога нет" можно получить тюремный срок, а за сравнение атеиста, например, с макакой или цирковым медведем ничего не будет. Или воинствующие организации типа всяких Сорока Сороков или Христианских государств... Кто от них защитит?
- Вас защитит закон. А как же иначе? Здесь есть и другой момент. Все всегда возвращается. Было время, когда неверующих было больше, чем верующих. Они громили храмы, расстреливали священников, убивали за то, что люди верили. Есть, наверное, определенная категория людей (имею в виду из числа верующих), которая об этом помнит. И, нарушая христианские заветы, они пытаются отомстить неверующим.
- Последний вопрос. Что случилось с конкурсом по Музею блокады.
- А что с ним случилось?
- Солидное, профессиональное жюри не смогло решить, какой проект лучше. Это не странно?
- Четыре проекта, которые остались, очень интересные. Некоторые члены жюри мне говорили: вот Вы покажите пальцем, Георгий Сергеевич, мы и выберем. Я говорю: я не специалист. Есть два проекта, которые мне нравятся. Но я хочу, чтобы выбрали профессионалы и присмотрелись блокадники. После обсуждения с ними жюри примет решение.
- Так кто будет принимать решение? Блокадники или жюри?
- Жюри с учетом мнения блокадников.
- Хитрая комбинация. Наводит на мысль, что блокадниками, простите за цинизм, лоббируют конкретный проект. Некоторые мастерские уже стали рассылать письма в редакции, что именно их проект поддерживают блокадники. Я их читала - производят неприятное впечатление.
- Когда мы отложили подведение итогов, все побежали сразу: те, кто остался, доказывать, что у них самое лучшее, а те, кого отсекли, - что здесь чего-то не так.

- Но фактически жюри показали, что оно некомпетентно.

- Ничего страшного в этом нет. В таком деле не надо торопиться. Наш с Вами разговор лишний раз меня убеждает в том, что у нас очень своеобразный город. Везде все время мы ищем подвох, какой-то, мягко говоря, крючок. У меня нет желания кого-то облагодетельствовать бюджетными деньгами. Я хочу, чтобы это был музей, как я сказал, навсегда. У меня мечта такая, чтобы это был настолько мощный музей, чтобы люди, которых мы туда будем приводить, кланялись до земли блокадникам, тем, кто выстоял.

Я был в Израиле в их музее. Там тоже проникаешься трагизмом истории, которую они рассказывают. Я хочу, чтобы так было и у нас. Но при этом чтобы было еще и красиво.

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
новая газета

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
расследование

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
политковская

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
панамский архив

# data[].attributes.attachment_link.title
"Идеальный вариант, когда люди спрашивают: а кто у нас губернатор?"

# data[].attributes.attachment_link.description
Первый раз об идее, "не хочет ли губернатор дать интервью "Новой газете", я заикнулась в середине февраля 2017 года - в самый разгар Исаакиевского стояния. Добрые люди в Смольном обнадежили, и я даже завела папочку "вопросы ГС". У губернатора плотный график, и мое ожидание немного не дотянуло до...

# data[].attributes.headline
Журналист любит героя

# data[].attributes.subject
Журналист любит героя

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Юрий Зинчук, ведущий: "Ну, а теперь возвращаясь к теме Чемпионата мира по футболу и в продолжение того, о чём мы рассказывали в предыдущем репортаже: объекты, проекты, стройки и точки роста, которые меняют облик города, мы хотим предложить вашему вниманию интервью с человеком, который, что называется, головой отвечал за один из таких проектов. Я имею в виду окончание строительства стадиона на Крестовском. Напомню, что по решению губернатора Георгия Полтавченко, город разорвал отношения с хитрованистым и недобросовестным подрядчиком, занимавшимся строительством до этого. Ничем, кроме уголовных дел, скандалов и растущей сметы, эта кампания Трансстрой, аффилированная с олигархом Дерипаской, не запомнилась. С ней расстались, и нужно было даже не исправлять ситуацию, а спасать её. И имидж города. Вы представляете, какой был бы позор, если бы на всю страну сказали - Петербург даже стадион к чемпионату мира построить не может. Как удалось спасти положение и что из этого получилось. Об этом в нашем интервью с вице-губернатором Игорем Албиным.

Игорь Николаевич, здравствуйте! Большое спасибо, что согласились дать нам интервью. Приехали к вам с одной простой целью. Я очень много слышал об этом стадионе. Читал в газетах, смотрел новости. Я хочу как обычный петербуржец воочию увидеть и понять, что это за стадион. Как его построили и что это значит для Петербурга".

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Есть некий стереотип у жителей города, у футбольных болельщиков, у органов власти, что это стадион. На самом деле это - культурно-спортивный комплекс. Который позволяет проводить спортивные мероприятия, концерты, шоу. Технические возможности позволяют провести игру в хоккей. Любые виды спорта. Любые мероприятия. Более сложного в техническом плане сооружения в Петербурге сегодня нет".

Юрий Зинчук, ведущий: "А Ледовый дворец?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Несопоставим по масштабам и по сложности сооружения. Представьте себе: 127 инженерных систем коммуникации. Когда мы пригласили в качестве подрядной организации компанию-девелопера, я говорил: почему мы не могли найти нормального генподрядчика? Очень интересный был ответ одного из девелопера: "Игорь Николаевич, ни одной компании, способной построить такой объект, в городе нет". Неслучайно, начиная с августа 2016 года, стадион "Зенит - Арена" приобрел славу, или репутацию, народной стройки. Весь город работал над этим объектом".

Юрий Зинчук, ведущий: "Здесь как-то так сложилось символически: ЗСД, Лахта-центр, намывные территории, новая станция метро. Это какая-то точка силы Петербурга 21 века"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Все объекты, которые находятся в зоне тяготения культурно-спортивного комплекса "Зенит - Арена": и Западный Скоростной Диаметр, и Лахта-Центр, который мы видим вдали, Яхтенный мост, метро "Новокрестовская" - это сосредоточение современных технологий.

От старого стадиона имени С.М.Кирова осталось 5 объектов. Первое - сам Сергей Миронович. Он был отреставрирован. Два билетных павильона слева и справа".

Юрий Зинчук, ведущий: "Я мальчишкой ленинградским здесь бегал, покупал билеты. Как раз по этой аллее".

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Два административных отреставрированных исторических павильона. Уже летом текущего года мы открыли центральную аллею, жители, отдыхающие в парке, могли наблюдать динамику строительства. Конечно, в конце сентября мы включили наружное освещение самого стадиона".

Юрий Зинчук, ведущий: "Игорь Николаевич, сейчас воспользуемся волшебной силой телевидения. В этот момент интервью мы покажем, как это выглядит.

Когда было принято решение передать объект для завершения строительства городу, скажите, по-человечески вам было страшно?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Страшно не было. Первое, что меня беспокоило, конечно, бесконечные судебные тяжбы. Вторая проблема связана с тем, что до завершения проекта оставалось меньше полугода. В августе 2016 года отставание по отдельным видам работ превышало 360 дней"

Юрий Зинчук, ведущий: "Это год!"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Год".

Юрий Зинчук, ведущий: "Была уверенность, что вы достроите?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "У меня такая уверенность была. У многих не было. Оценивая этот период, инженеры, управленцы и рабочие совершили трудовой подвиг.

Мы на 14-й отметке. Это 14 метров над уровнем моря. Самая нижняя - нулевая. Её площадь - 60 тыс. квадратных метров. Каждый элемент здания: наружный периметр, инженерные системы - мы обеспечили такими картографическими материалами, где было всё: информация об объекте, график производства работ, основные дефекты, основные подрядные организации. И обновление этих документов было ежедневным. За каждой лестницей, за каждым павильоном контроля зоны доступа было закреплено ответственное должностное лицо. Задача, которую я ставил перед куратором - знать досконально всё об этой отметке: площадь, основные инженерные системы, подрядные организации, дефекты, материалы, график производства работ, рабочая документация и так далее. Стадион - это ещё и место, где мы формировали кадровый резерв нашей строительной отрасли. Я теперь понимаю, кому какой объект можно доверить в Петербурге".

Юрий Зинчук, ведущий: "Вы теперь как командир большой армии. Каждому отряду и батальону ставите задачу держать свой участок фронта".

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "В пике своих значений на стадионе работало до 5 тысяч человек. Это маленький населенный пункт. У нас своя пожарная охрана, скорая помощь, система безопасности - всё находится на стадионе. Город в городе".

Юрий Зинчук, ведущий: "Если бы я оказался в этой ситуации августа прошлого года, о которой вы рассказали, я бы испугался".

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "В своей жизни мне довелось 2 года провести в рядах вооруженных сил. Волей судьбы я оказался в ВДВ. Главные лозунги ВДВ: "Никто кроме нас" и "С неба на землю - и сразу в бой".

Мы находимся опять же на 14-й отметке внутри чаши стадиона. Подтрибунные помещения: декорации, раздевалки - всё, что необходимо для проведения культурно-массовых мероприятий. Четыре портала ведут в чашу стадиона. Раздвижная кровля, светоотражающая плёнка, которая покрывает и стационарную, и раздвижную часть, выдерживает нагрузку до 400 кг на 1 кв. м. Выкатное поле - это настоящий газон, живая трава. Зимует снаружи стадиона. Есть отопление, водоотведение, мониторинг состояния, агрономы следят круглые сутки. Причём, это агрономы футбольного клуба "Зенит". 24 февраля в соответствии с регламентами поле окажется внутри чаши стадиона.

Над нами 46-я отметка - центр управления стадионом. Спортивное освещение полностью смонтировано. И Г-образные колонки. Это спортивный звук. Много было разговоров по поводу табло. Я не знаю, кто порождает эти слухи, но одно и второе табло - они смонтированы и работают".

Юрий Зинчук, ведущий: "Хочу представить себя болельщиком стадиона. Сядем, посмотрим, что за кресла".

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Кресла антивандальные".

Юрий Зинчук, ведущий: "То есть по ним можно бить ногой?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Можно бить ногой, можно прыгать - ничего с ними не случится. Дислокация кресел определена строго по требованию телевизионщиков. Одни кресла более яркие, другие - тусклые. Это даёт максимальное насыщение картинки.

Напротив нас зона команд. Это наряду с полем сердце стадиона. Там находятся тренировочные залы, душевые. Площадь - 4,5 тысячи квадратных метров. Два симметричных помещения".

Юрий Зинчук, ведущий: "Много говорили о тех скандалах, которые были связаны со строительством стадиона. Почему у нас так получается: что не делаем - всё автомат Калашникова получается?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Наши победы, наши поражения - это всегда люди. Третья взлётно-посадочная полоса в Шереметьево - со скандалом оттуда генподрядчик ушел. Перинатальный центр в Хакасии - подрядчик ушел. Щелковское шоссе в Москве - подрядчик ушел со скандалом. Получается, проблема не в городе".

Юрий Зинчук, ведущий: "Игорь Николаевич, надо было сразу с ними разрывать отношения. Или это всё не так просто?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "В конце концов, город его принял".

Юрий Зинчук, ведущий: "Всё-таки стоимость стадиона. Говорят, очень дорого. Насколько это действительно дорого?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "34,9 миллиарда рублей - твёрдая цена контракта. Инфляция сопровождает нашу работу. Она сопряжена с тем, что дорожает работа, рабочая сила, материалы, оборудование, транспортные расходы. Мы дали индексацию 4,2 миллиарда рублей. Это всё, что касается стадиона. Ни на одну копейку мы не превысили сметную стоимость в отношении первоначальных параметров. Инженерная подготовка территории, благоустройство территории, временные здания и сооружения - никакого отношения к "Зенит - Арене" они не имеют вообще. Окончательная цена стадиона порядка 43 миллиардов рублей. И это всё. Много было мифов, лжи и неправды. Ввод этого объекта был практически эталонным".

Юрий Зинчук, ведущий: "Вы довольны своей работой?"

Игорь Албин, вице-губернатор Санкт-Петербурга: "Можно сказать, что доволен. Работой своих коллег, инженеров, служащих, рабочих, проектировщиков - я горжусь. Проведём Кубок Конфедерации в июне 2017 года, передадим ФК "Зенит" наш комплекс, и стадион "Зенит - Арена" будет гордостью Петербурга и гордостью России".

# data[].attributes.attachment_link.title
Игорь Албин о стадионе на Крестовском: "Инженеры, управленцы и рабочие совершили трудовой подвиг". Интервью "Пульс города"

# data[].attributes.attachment_link.description
Юрий Зинчук, ведущий: "Ну, а теперь возвращаясь к теме Чемпионата мира по футболу и в продолжение того, о чём мы рассказывали в предыдущем репортаже: объекты, проекты, стройки и точки роста, которые меняют облик города, мы хотим предложить вашему вниманию интервью с человеком, который, что называется, головой отвечал за один из таких проектов.

# data[].attributes.headline
Интервью с Резником

# data[].attributes.subject
Интервью с Резником

# data[].attributes.attachment_link.title
Сайт Юрия Роста

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
Село Рождествено в Гатчинском районе Ленобласти - вполне себе чеховское место. Скоро будет сто лет, как хозяева покинули свой дом. Местный вишневый сад - парк с пещерами - никто не срубил. Он, конечно, не такой, как при Набоковых, но в нем появились лавочки, новый мост через ручей. А вокруг дома местных котов пугают школьники - идет экскурсия. В самом музее продолжается ремонт. По главной лестнице ходить нельзя - сохнет краска. Чтобы попасть к себе на второй этаж, экскурсоводы приставили лестницу и заползают по ней, словно заправские циркачи. Дмитрий Шумилов пришел работать в музей в 19 лет, сейчас ему 25. Это его первое место работы. И он надеется, что последнее. Экскурсовод рассказал "Авангарду", что Владимиру Набокову по-прежнему припоминают "Лолиту", почему сельским музеям в Европе лучше, чем в России, и как решить проблему смены поколений в консервативной музейной среде.
Когда заканчивается ваш ремонт?
- Вообще-то 8 августа 2015 года. Он у нас бесконечный...
Подрядчики плохие? Денег мало?
- Подрядчики. Они не сильно понимали, когда ввязывались, что это музей. Принять их работы было сложно. Приехали люди, которые собрались ставить стеклопакеты, не знали, чем ремонт в каменном здании отличается от ремонта в деревянном. На третий раз нам достались настоящие реставраторы. Они гордятся последней своей работой - второй сценой БДТ на Крестовском острове.
Кто находит вам подрядчиков?
- Музей-усадьба "Рождествено" входит в состав Музейного агентства, под которым 29 музеев Ленобласти. В 1998-м мы все лишились возможности быть самостоятельными юридическими лицами, распоряжаться заработанными средствами. Если бы тогда этого не произошло, может быть, наши музеи научились бы работать.
То есть лучше быть самостоятельными?
- Наверное, для будущего лучше самим учиться жить. Сегодня у музеев нет стимула вырваться вперед. Все деньги собираются в общий котел. Наш план - около 2 млн рублей в год, у кого-то - 300 тыс., но в итоге все получают одинаковые средства.

Мы ведь даже гвоздь не можем вбить,надо тендер объявлять. Таков закон.

Вы конкурируете с коллегами?
- Нет, конкурентами в музейной среде нельзя считать другие музеи. Наши конкуренты - скорее рестораны, магазины да кинотеатры.
И как, выдерживаете конкуренцию?
- Нет, конечно. Для этого нам надо было бы поменять режим работы, сделать его более удобным. Музеи тоже должны меняться. Сейчас появилось много площадок, всяких перевернутых домов, где можно что-нибудь потрогать, куда угодно залезть. А у нас все-таки музей консервативного плана, и здесь надо знать меру между интерактивностью и темой. Многие уверены, что после пожара нас просто нет. Иногда звонят: "Хотим попасть в дом станционного смотрителя". Зовем к себе. "А у вас же все сгорело". Этот пожарный имидж до сих пор нам мешает.
А что мешает продлить рабочий день?
- Для этого надо пересматривать график работы сотрудников. Но у начальства есть более насущные проблемы. Мы ведь даже гвоздь не можем вбить, надо тендер объявлять. Таков закон.
Может быть, ваше агентство нужно, чтобы маленькие и дохлые музеи не закрылись?
- Маленькие, на мой взгляд, изначально должны быть музеями другого подчинения - муниципальными. Тогда бы они не были маленькими и дохлыми. Потому что если город себя уважает, у него будет хороший музей. В Гатчине, например, есть музей истории города, в поселке Сиверский - музей "Дачная столица" и музей Исаака Шварца. Они все самостоятельны.
Есть ли среди коллег те, кто плохо работают? Может, некоторые музеи пора закрыть - никто и не заметит?
- Знаю музеи, в которых методы работы остались такими же, какими были в 60-е годы во время бума краеведческих музеев. Есть музеи, которые работают неэффективно. Они не проводят мероприятия, не меняют выставки, не выходят в Интернет. Все у них покрылось толстым слоем пыли, и даже окна не протрут.
Существует ли проблема смены поколений в вашей среде?
- Существует проблемы некоторых директоров музеев, которые не всегда могут организовать процесс преемственности поколений. Ведь есть молодежь, которая бы пришла, если бы ее заинтересовали и показали возможности. С подачи нашего директора Ирины Авикайнен в рождественской школе были организованы кружки краеведения. Я так сюда и пришел в девятом классе на летнюю практику. Был выбор: либо в школе что-то красить и полоть, либо попробовать поводить экскурсии. Это было очень интересно - бесконечные толпы людей, создание новых экспозиций. В десятом классе я решил, что пойду учиться на менеджмент. И после первого курса стал уже здесь работать постоянно. Я учусь в аспирантуре, надеюсь, мне удастся защитить кандидатскую по музейному управлению, по развитию.
Откуда появилась такая тема?
- Это была необходимость - пройти летнюю практику, сдать отчет в институт. До этого я себе плохо представлял, как объединяются понятия "музей" и "менеджмент". Но стал писать, и появились первые мысли: как это должно выглядеть, как должно управляться.
Как же объединить музей и менеджмент? Ведь как будто разные области?
- Менеджмент учит тому, что у любой организации есть свои ресурсы, нужно научиться эффективно ими управлять. Музеи часто существуют отдельно, без оглядки на внешнюю среду. Но если с этой средой не взаимодействовать, ничего не получится. Музей - со своими нюансами - подчиняется тем же законом, что и любая коммерческая организация.
Кому тогда легче - музею частному или государственному?
- Если под словом "легко" понимать "меньше работать", то меньше работать в государственном. Здесь другие требования: нет необходимости постоянно пересчитывать все, что ты делаешь, в денежный эквивалент. Где интереснее работать? В государственном. Потому что есть возможность думать о чем-то большем, чем деньги или сиюминутные впечатления посетителей. У нас сейчас появляются хорошие примеры частных музеев. Например, усадьба "Марьино" - там новое пространство, интересный набор впечатлений для посетителей, это востребовано. Они молодцы, нашли свою нишу.

Австралиец, веселый такой человек, путешествует по России. Добрался к намиз Владивостока

В "Рождествено" будут "впечатления", страусы?..
- У нас никогда не будет никаких страусов или ночевок в помещениях.
А что будет? Давай представим, что у тебя появилась возможность что-то поменять в родном музее. С чего начнешь?
- Хотелось бы сохранить то, что осталось. В нашем парке в ужасном состоянии находится домик садовника, он в частной собственности. Важно, чтобы поросль в парке не задушила наши старые деревья, чтобы парк приводился в порядок. Хочется сохранить дом Соколова в селе. Хозяева даже согласны его нам отдать, говорят: "Если бы вы нашли тех, кто оплатит перевозку этого дома на территорию парка, его бы отреставрировать...". Еще хотелось бы оборудовать подходы к пещерам.
Что-нибудь построить рядом - ресторанчик, гостиницу?
- Нет, рядом строить ничего не нужно. Навязывать строительство нельзя. Нужно сформировать условия заинтересованности у местных жителей и предпринимателей. Чтобы местное население создавало вокруг культурных объектов что-то необычное, как это происходит в Европе. Но у нас другой менталитет.
Разве нет позитивных примеров?
- Есть, конечно. К нам приходят с предложениями: "Давайте сделаем выставку. Я увлекаюсь, фотографирую птиц вокруг музея". Давайте, ставим в график. "А я вот песни пишу, давайте организуем концерт". Это все происходит, но я говорю о строительстве гостевых домов, об организации экскурсий на несколько дней, о местах питания. В Рождествено пока такой инфраструктуры нет, сейчас вроде пытаются запустить кафе. Оттуда к нам периодически приходят, торгуют пирожками. Но пока все посетители обедать едут в Выру.
Ты упомянул Европу...
- Да, мне удалось посмотреть небольшие сельские музеи в Эстонии и Латвии - реализовывался проект приграничного сотрудничества.
Неужели там все хорошо?
- Нас привезли в замок в городе Алуксне. Там тоже был пожар, сейчас проходит реставрация. Но они точно знают, что будет воссоздано к 2017 году. На ближайшие 15 лет разработан план реставрации. Или в Латвии - туристический объект, где можно не только узнать об истории хлеба, но и замесить закваску, испечь сам хлеб...
А зарплаты?
- Они не жалуются. Там нет таких штатов, как у нас. У них хорошо развита система волонтерской помощи. Часто работают за интерес. А работников двое-трое, не больше.

Набоков за все годы за границей так никогдаи не купил собственный дом. Всегда говорил: "Мой дом остался в России"

До "Рождествено" доезжают иностранцы?
- Бывают иногда финны, латыши, эстонцы. Школьники по обмену. Недавно был австралиец, веселый такой человек, путешествует по России. Добрался к нам из Владивостока. Рассказывал, как он на своем ранчо спасает животных.
Отличается ли чем-нибудь наш посетитель от заморского?
- Да. Иностранцы больше интересуются, задают много вопросов. Наш человек чаще всего менее образован: полноты информации обычной экскурсии ему достаточно - он и до этого не особо знал. Иногда, конечно, попадаются "знатоки", прочитавшие три романа Набокова, - хотят произвести впечатление.
А сколько романов прочел экскурсовод?
- Не все, честно. Чтобы понять, что такое Рождествено, нам важно знать "Другие берега", "Машеньку" и его стихи.
Как ты сам относишься к творчеству Набокова?
- Я родился в Рождествено, для меня все окружающее пространство знакомо и очень близко. Не уверен, что "Другие берега" могут быть так же близки человеку, который родом из других мест. Хотя на экскурсии мы стараемся, чтобы наши гости ощутили атмосферу набоковского детства, попытались его понять. Тогда, возможно, мы дадим толчок, чтобы они захотели дальше узнать Набокова.
Приходят ли к вам те, у кого на Набокова аллергия?
- Всякие бывают. Часто ругают его за "Лолиту". Прочли в 89-м и до сих пор возмущены: "Как можно такое писать. Да и он такой, и его семья"...
И что ты отвечаешь?
- Спокойно говорю, что Набоков написал не только "Лолиту". И что вы приехали в то место, которые связано с детством писателя, здесь можно обсуждать и другие его произведения.
Как ты думаешь, что ответил бы Набоков, если бы ему сказали, что в доме, где он бегал пацаном, будет музей?
- Уверен, он бы возмутился: "О Боже! Будут перевирать мои мысли, рассказывать то, что сами себе выдумают".
Но вы же не перевираете?
- Нет. У нас первоисточник - "Другие берега". Мы это озвучиваем и интерпретируем своим образом, конечно, но ничего не добавляем. Набоков за все годы за границей так никогда и не купил собственный дом. Всегда говорил: "Мой дом остался в России". Вот мы его и сохраняем.
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

# data[].attributes.attachment_link.title
Дмитрий Шумилов: В усадьбе Набокова никогда не будет страусов или ночевок

# data[].attributes.attachment_link.description
Когда заканчивается ваш ремонт? - Вообще-то 8 августа 2015 года. Он у нас бесконечный... Подрядчики плохие? Денег мало? - Подрядчики. Они не сильно понимали, когда ввязывались, что это музей. Принять их работы было сложно. Приехали люди, которые собрались ставить стеклопакеты, не знали, чем ремонт в каменном здании отличается от ремонта в деревянном.

# data[].attributes.attachment_link.title
Ксения Малич: В застройке Петербурга есть налет провинциальности

# data[].attributes.attachment_link.description
Чем российские архитектурные традиции отличаются от скандинавских и есть ли у Михаила Пиотровского преемник?

# data[].attributes.attachment_link.readable_text
В Русском музее есть маленький зал картин Льва Бакста, там его знаменитые "Ужин", портрет Бенуа, "Древний ужас", редко можно увидеть портрет Дягилева с няней, поскольку он путешествует по миру - музеи любят эту картину и часто просят ее на выставки. Но Бакст - из тех художников, которым мало одного зала. Все его работы из собраний Русского музея и еще десяти музеев страны можно увидеть на выставке в корпусе Бенуа до 9 мая. Кажется, в самом Русском музее не ожидали такого интереса у публики к экспозиции Льва Бакста. В залах людно даже в будние дни. Каждая третья запись в книге отзывов с жалобой: "Мало!". Но Бакста и не могло быть много. Почему - рассказал "Авангарду" куратор выставки, ведущий научный сотрудник отдела русской живописи второй половины XIX-XX веков Русского музея Владимир Круглов. Почему именно Бакст? Когда вы поняли, что надо организовать такую выставку?
- Все по нашему музейному календарю. Выставку готовили специально к 150-летнему юбилею художника. Нам показалось важным напомнить, а кому-то рассказать впервые о том, что это был выдающийся мастер.
Это первая большая выставка его работ в России?
- Не только в России, но и в мире. Мы с самого начала задумывали ее как комплексную. Цель была - показать все те виды искусства и те жанры, в которых работал Бакст. Поэтому сразу в первом зале зрители видят и монументальные произведения автора ("Древний ужас", "Встреча адмирала Авелана в Париже"), и станковые рисунки, и журнальную графику, и портреты. Впервые мы собрали его замечательные пейзажи.
В экспозиции представлены работы десяти российских музеев, а к иностранным коллегам вы не обращались?
- Наследие Бакста до ужаса распылено по миру главным образом из-за того, что он последние годы работал на Западе, ежегодно устраивал выставки в Париже и Лондоне. Эти работы художника раскупались и музеями, и коллекционерами. В частности, Музей декоративных искусств в Париже имеет большую коллекцию его театральных эскизов. За последние сто лет все эти покупки мигрировали со страшной силой, работы Бакста есть и в Сан-Франциско, и в Сан-Диего, и даже в Санта-Барбаре. Но в западные музеи мы не обращались, потому что у нас мало денег. Бесплатно никто не привезет, нам еще страховку надо оплачивать. На аукционах цены чаще всего запредельные, это больше для олигархов доступно. Хотя Русский музей иногда все-таки приобретает картины. Кроме того, на Западе в основном графика. С другой стороны, Музей изобразительных искусств имени Пушкина в Москве тоже сейчас готовит выставку Бакста. Нам просто невозможно было бы у них что-то перехватывать. Но Бакста, из-за которого нужно биться, ранга наших портретов, не появляется.

Почему наша выставка первая в мире? На Западе он больше известен как театральный художник, а то, что он делал до "Русских сезонов" Дягилева, - это осталось здесь, у нас. К счастью, в Русском музее оказались самые лучшие его портреты и графические произведения.
Почти параллельная идея у двух крупных музеев страны показать работы Бакста - это хорошо или есть опасность конкуренции?
- Мы не конкурируем, мы даже дадим им все наши портреты маслом. В Москве портретов Бакста всего два, в Третьяковке. Один из них у нас на выставке - портрет Третьяковой-Гриценко. А ее маленький пастельный портрет мы брать не стали - Третьяковка дорожит своими пастелями, а пастель - это сыпучий материал, его сложно перевозить.

Когда он жил в Париже, модельеры как обезьянки перехватывали его идеи - эти идеи сразу шли в народ.

Баксту полезно такое внимание?
- Конечно, такой ажиотаж только на пользу. Он этого достоин, поскольку был многосторонним художником: и графиком, и живописцем, работал для театра, для прикладного искусства, был дизайнером выставок "Мира искусства".
Набор произведений действительно впечатляет - даже отдельный зал для тканей и костюмов. Это мне напомнило Алвара Аалто, который кроме архитектуры занимался дизайном, и на прошлогодней выставке финского модерна в Главном штабе тоже были и рисунки, и костюмы, и ткани. На выставке в вашем музее возникает похожее ощущение - перед нами не обычный художник, а человек-оркестр. Это Бакст такой талантливый или это примета той эпохи?
- Понимаете, это свойственно вообще рубежу веков: время развития модерна, который стремился стать и стилем жизни. Модерн отразился во всех видах и жанрах искусства. Поэтому художники того времени, во всяком случае мирискусники - Коровин, Врубель, Бакст, пробовали себя во всех жанрах. Их в этом плане вполне можно сравнить с мастерами эпохи Возрождения. Они все мечтали о новом высоком стиле, считали таким стилем неоклассицизм. Бакст был не просто художником, он пробовал себя в дизайне текстиля, проектировал моду, был одним из тех, кто вел за собой публику. Когда он жил в Париже, модельеры как обезьянки перехватывали его идеи - эти идеи сразу шли в народ. Появилась даже бакстомания. В начале 20-х годов он приехал в Штаты, американцы хотели, чтобы ткани были по мотивам их местной культуры. Бакст ездил в резервации индейцев, сидел в музеях, создал массу эскизов тканей. После его смерти еще лет десять по Америке прокатывали передвижные выставки его текстиля.
Как думаете, почему нынешняя выставка вызвала такой ажиотаж у зрителей?
- Зрителей действительно много, в первые дни публика стояла на улице. Может быть, это голод по безусловному классическому искусству?.. Бакст - не только утонченный художник, он еще и серьезный мыслитель.

Три года назад был издан двухтомник, в нем все статьи, письма и роман Бакста. Роман автобиографичен, в нем художник описывает свои мытарства. В статьях он рассматривает будущее европейского искусства, будущее моды. В общем, Бакста можно не только смотреть, но и читать.
Чью персональную выставку будете курировать в следующий раз?
- Сейчас я с коллегами готовлю выставку Василия Кандинского. Планируем открыть ее летом этого года.

# data[].attributes.attachment_link.title
Владимир Круглов: Люди изголодались по безусловному классическому искусству

# data[].attributes.attachment_link.description
В Русском музее есть маленький зал картин Льва Бакста, там его знаменитые "Ужин", портрет Бенуа, "Древний ужас", редко можно увидеть портрет Дягилева с няней, поскольку он путешествует по миру - музеи любят эту картину и часто просят ее на выставки. Но Бакст - из тех художников, которым мало одного зала.

# data[].attributes.attachment_link.keywords[]
год литературы

# data[].attributes.attachment_link.title
Сергей Дзюбанов: России нужны методы Державина по борьбе с коррупцией

# data[].attributes.attachment_link.description
На дворе Год литературы, а вы, скорее всего, до сих пор не побывали в Музее Державина на Фонтанке, где он официально и был открыт. Там несправедливо тихо даже в субботу. Несправедливо, потому что это один из интереснейших петербургских музеев, в котором работает один из лучших городских экскурсоводов - Сергей Дзюбанов.

# data[].attributes.body
1) У вас работа техническая или творческая?
1) Техническая и творческая;

2) Тебе нравится заниматься в кружке ковроделия?
2) ДАААА!;

3) Тебе не скучно с девочками?
3) Я их не замечаю;

4) Кто выбирает цветовую гамму для ковров?
4) Сами дети. Но у нас, например, синяя пряжа есть, а голубой нет;

5) Что ты чувствуешь, когда работа окончена?
5) Радость!

6) Всем нравится заниматься?
6) Да, конечно!

"Моя мечта, чтобы кто-то из ребят поехал на "Поле чудес"