# data[].attributes.headline
«отчетливее всего "категориальные границы “детства” прослеживаются в творчестве тех авторов, кто, не имея “детской” репутации, имел наибольшую силу влияния на писательское сообщество".

# data[].attributes.subject
«отчетливее всего "категориальные границы “детства” прослеживаются в творчестве тех авторов, кто, не имея “детской” репутации, имел наибольшую силу влияния на писательское сообщество".

# data[].attributes.body
Мережковский, Гиппиус, Гумилев, Крученых, Зелинский.

# data[].attributes.body
Чуковский, Городецкий, Багрицкий, Саконская, Катаев, Олеша, Езерский, Неверов.

# data[].attributes.body
Желиховская, Быльев, Бурнов.

# data[].attributes.headline
Концепция = концепт в развитии

# data[].attributes.subject
Концепция = концепт в развитии

# data[].attributes.body
И.Н. Арзамасцева отмечает, что «входящие в состав концепта идеи неоднородны по своей устойчивости»; одни образуют «ядро», другие - «ассоциативные связи концепта». При этом «одна часть его идей лежит в социальной действительности и образует общее, устойчивое, нормативное поле, а другая - принадлежит миру литературных образов»

# data[].attributes.headline
Связь античности и христианства для течений детской литературы

# data[].attributes.subject
Связь античности и христианства для течений детской литературы

# data[].attributes.body
«Ядро концепта “детство” в литературах Нового и Новейшего времен составляет антично-христианский комплекс идей и представлений». Так, в позднеримской культуре дети были лишь эстетико-педагогическими объектами; «в личностном плане ребенок рассматривался как эстетически пригодный или непригодный материал для формирования идеального “мужа”». Для античности была традиционна оценка детства с позиций рокового предначертания судьбы: «предопределенное будущее детей служило объяснением происходящего в детстве, и только в Новейшее время логика пошла вспять: в детстве стали искать истоки и причины будущего поведения человека»

# data[].attributes.headline
Христианство особо понимало ребенка

# data[].attributes.subject
Христианство особо понимало ребенка

# data[].attributes.body
«Вифлеемский Первенец стал важнейшим символом в развитии литературно'-художественных, социально-исторических и психолого-педагогических представлений о детстве». «Этические нормы, так хорошо разработанные римлянами, не отвечали духу времени, новые вырабатывались слишком медленно». На формирование концепта детства при явном всплеске мифотворчества оказали влияние неоплатонизм и гностицизм, в частности - «дуалистическое представление о роли зла в мире и о человеке, призванном исправить зло».

# data[].attributes.headline
Концепт детства в Древней Руси

# data[].attributes.subject
Концепт детства в Древней Руси

# data[].attributes.body
«синтез античной и христианской идей в формировании концепта детства осуществлялся на основе создавав-шейся литературной и архаической, фольклорной традиции, далеко не с самого начала письменности. Чтобы бытовавшее а народной культуре обрядномагическое представление о возрастах трансфор-мировалось и, по существу, вытеснилось антично-христианским комплексом представлений, должен был оформиться канон литера-турного слова с его особыми функциями. Необходимым условием также было формирование в культуре концепта “личность”»

# data[].attributes.headline
Концепт детства в Древней Руси

# data[].attributes.subject
Концепт детства в Древней Руси

# data[].attributes.body
возникла еще в Средние века и сначала развивалась в русле традиций европейской: создавалась литература учебная и для чтения. Грамматика «понималась расширительно и включала в себя не только элементарные сведения о языке, но и умение читать, писать, понимать и толковать прочитанное» - писал Ф.И. Сетин. Детская художественная литература возникла на базе учебной, став тогда же само-стоятельной областью искусства слова. Первый в России всемирный обзор детской литературы открывался XVII веком - описанием книги Яна Амоса Коменского «Мир в картинках». В дальнейшем детская литература исследовалась, подчиняясь общим закономерностям истории культуры.

# data[].attributes.headline
Взаимосвязь взрослой и детсткой литературы

# data[].attributes.subject
Взаимосвязь взрослой и детсткой литературы

# data[].attributes.body
И.Н. Арзамасцева прослеживает взаимосвязь «взрослой» и «детской» литератур внутри литературного процесса в России начала прошлого столетия, исследует изменяющееся общелитературное представление о детстве, его влияние на формирование «новой» детской литературы. По мнению автора, многие символисты искали спасение «в новом дионисийстве, пытаясь синтезировать его с христианством и особого рода верой - в искусство».

# data[].attributes.headline
Мотив детства в "Серебряном веке"

# data[].attributes.subject
Мотив детства в "Серебряном веке"

# data[].attributes.body
У Мережковского понятие “детство” представлено метафизически. Языческая телесность «всегда ассоциирована у Мережковского со взрослостью человека, когда плоть переживает расцвет и разрушает гармонию»; «детское» - это все духовное, чистое, гармоничное, свойственное как детям, так и старикам, приближающимся к «детству». Детство и старость - это две эпохи в жизни человека, которым свойственно «счастливое приближение к слиянию с Духом». Н. Гумилёв оставил немного стихов о детстве. В стихотворении «Жизнь» (не позднее 1911 г.) поэт указал на философское происхождение своего пони-мания «детского», базирующееся на учении Гераклита: «... царь-ребенок на шкуре льва, / Забывающий игрушки между белых усталых рук», - это и есть «символ жизни». Основной у поэта является не тема собственного детства (она лишь обрамляет образ Младенца Христа, чей образ связан напрямую в творчестве поэта с символистским представлением о Трех Заветах), но «образ Младенца Христа и образ детства, питаемый собственными воспоминаниями».

# data[].attributes.body
И.Н. Арзамасцева приходит к выводу, что модернисты осознавали свое единство в области детской литературы.
Они «смягчили резкость авангардной и поставангардной поэзии для детей, до какой-то степени способствовали борьбе с грубым идеологическим нашествием в литературе»; вместе с тем они привнесли в детскую литературу те самые новые формы, поиском которых занимались в начале столетия в русле развития литературы «взрослой».

В 20-30-е годы многие эстетические искания модернистов постепенно сошли на «нет», оставив после себя лишь некоторые отголоски.

# data[].attributes.body
«Русская история и культура, воспринятые в амальгаме с античностью и вероучением, обрели в Серебряном веке идеальные черты». В свою очередь это породило литературу о детях и для детей, созданную «взрослыми» писателями и поэтами, не стремившимися создавать детскую литературу как таковую. Поэтому характер самой детской литературы кардинально изменился: с одной стороны, активно развивались заложенные в предыдущие века традиции, в их рамках - творчество «детских» писателей; с другой - творчество писателей и поэтов Серебряного века формировало иной концепт детства и, соответственно, совершенно новую литературу для детей.